Сны с продолжением (Штенье) - страница 23

Твой отец был магом. Ты его совсем не помнишь, потому как была еще совсем малышкой, когда он был осужден Церковью и сослан в закрытые церковные колонии. Твоя мать, чтобы оградить тебя, да и себя тоже, от гнева Церкви, тайно поменяла фамилию и имя и привезла тебя сюда, где очень быстро продвинулась по карьерной лестнице и заработала состояние. Представь ее ужас, когда ты заявила, что хочешь стать магом? Она боялась, что тебя ждет судьба отца, потому и забрала из Спиритического. Она слишком сильно любит тебя…

А вещи… Эти вещи сделал твой отец в подарок матери на свадьбу. После суда она продала их и на вырученные деньги купила фальшивые документы. Неудивительно, что они нашли тебя.

Илья замолчал, и Марина поняла, что больше он ей ничего не скажет. Он действительно был тем, кем казался: юным охотником, чьи родители были признаны еретиками, привязавшийся к Алексею и ни раз спасший ему жизнь. Но в тоже время Илья был кем-то большим, вот только кем Марина не знала. Да и не узнает, потому как решила вернуться.


Когда в порту сел пропавший корабль военных, все были более чем удивлены. Военные и церковники долго спорили между собой, кто же первым будет «беседовать» с единственным человеком, выжившим в этой экспедиции. Но и для тех, и для других память девушки была чиста, как лист перед поэтом, которого покинула муза. Она добровольно согласилась на сканирование мозга, общалась с медиумами Церкви, но ни то, ни другое ничего не дало. Противники огорчились, но ретировались.

Девушка постучала в дверь кабинета директора Центра и, дождавшись негромкого «да-да», вошла в кабинет матери.

— А, Мариночка, у тебя какое-то дело ко мне? Может тебе съездить куда-нибудь отдохнуть?

Девушка покачала головой:

— Думаю, не стоит, — она положила на стол матери какой-то документ и неплотно закрытую коробку.

— Что это?

— Прочти…

Женщина недовольно нахмурила брови, бегло просмотрела документ и потянулась к коробке.

— Не думаю, что тебе так резко нужно подавать заявление об увольнении. Конечно, эта экспедиция нанесла тебе душевную травму, но ты еще мо…

Она замолчала, опустив голову. Перед ней на столе лежало трио: музыкальная шкатулка, браслет и медальон. Девушка не стала дожидаться чего-либо и просто ушла.


Это был день принятых решений. Будильник выключен, шторы задернуты. Она сидела на кровати и всматривалась в высыпанные на ладонь белые кружочки. Этого должно было хватить, чтобы больше не бояться рассвета.

Вместо эпилога

А. Тарковский.


«Я знаю только одно: когда я сплю, я не знаю

ни страха, ни надежд, ни трудов, ни блаженства.