***
Следователь Осколова без зазрения совести перекинула на Катерину работу не столько сложную, сколько рутинную: разноску повесток свидетелям и подследственным, добычу разного рода справок и прочую изматывающую беготню по городу. Сегодня было велено забрать из кримлаборатории результаты почерковедческой экспертизы по делу Черных, чем Катерина и занималась. Криминалистическая лаборатория города Старогорска находилась в здании Бюро судебно-медицинской экспертизы. Девушка-секретарь долго щелкала по клавиатуре и, наконец, с сожалением ответила:
— Что-то не могу найти… Когда, говорите, была оставлена заявка?
— Одиннадцатого.
— Так это в прошлую пятницу! Конечно, еще не готово. На следующей недельке попробуйте позвонить, — и уже потянулась стрелочкой мыши к закрытой вкладке с недоразложенным пасьянсом.
Катя прикусила губу: если она явится в СК без результатов, для Осколовой это будет лишним поводом ее поддеть. Астафьева ей этого позволить просто не могла. Она, опершись на стойку, сделала просящее лицо и попыталась заглянуть девушке в глаза:
— А может быть можно что-то сделать, а? Очень нужно.
Секретарю хотелось разложить пасьянс, но, видимо, работала она здесь недавно, потому сочувствия к посетителям еще не утратила:
— Начальство требует?
Катя подумала и кивнула.
Девушка со вздохом поднялась из кресла и постучала в лаборантскую. Негромко что-то с кем-то обсудив, она вернулась к Астафьевой и объявила:
— Вам повезло: сегодня Люся дежурит, а она человек безотказный. Проходите.
Люся – пышнотелая миловидная блондинка лет сорока пяти в нежно-сиреневом медицинском халате – действительно оказалась душевным человеком. Даже предложила Кате чай, пока сама искала в картотеке заявку на почерковедческую экспертизу от следователя Осколовой. Правда взамен ненавязчиво начала выведывать, кто Астафьева такая, да как ее занесло в их городок. Катя отвечала.
Найдя заявку, эксперт сноровисто отсканировала лист письма Черных и образец ее почерка, изъятый у Токаревой. Запустив программу, она не переставала вести с Катей разговор:
— А Галочка разве не предупредила, что раньше, чем через неделю ничего готово не будет? – Катя, как будто извиняясь за наставницу, пожала плечами. — Загруженность у нас большая, Катенька – ты не против, если мы на ты, да? Да ничего страшного, сделаю – понимаю, все-таки дело об убийстве…
Люся – а по-другому эту женщину называть было невозможно – работая в программе, время от времени делала какие-то пометки ручкой в блокноте. Видимо, сколько не оснащай определенное поколение людей, они все равно уверены, что техника техникой, но лифт ломается чаще, чем лестница.