Константин посмотрел на закрытую дверь, шагнул ко мне…. И вот я целуюсь в кабинете руководителя. Прерывать поцелуй, ну совсем не хочу, до чего становлюсь распущенной….
Минут через десять, в кабинет постучали: доставлен обед. После обеда написала отцу, что готова встретится с ним на Нагатинской пойме, Константин отправил несколько писем в офисы продаж, после спустились на парковку, запрыгнули в лексус, выдвинулись с территории Москва сити.
Я не знаю откуда ехал отец, но до Нагатинской поймы, он добрался раньше нас. Черный ланд крузер припарковал на своем старом месте. Кажется мой родитель слегка похудел, за то время, что мы не виделись. Впрочем, выглядит как всегда неплохо.
Костя притормозил рядом с ланд крузером. Папа немедля шагает к лексусу, распахивает дверцу с моей стороны.
— Арина! Я хотел бы вернутся к твоей матери. Жить как раньше. У нее похоже завелся хахаль? Скажи мне, кто он? — без предисловий вываливает, не стесняясь Баринова….
Какое-то время, я недоуменно смотрела на отца, с трудом укладывая в голове, им сказанное. Как все просто! Девять лет прошло, с тех пор, как маму вычеркнул из своей жизни. Вычеркнул не задумываясь и без сожаления, если приходилось сталкиваться, он её в упор не замечал. Правда за последний месяц, вдруг пару раз вскользь поинтересовался: как дела у матери? Я отвечала одним словом — хорошо. Все у нее хорошо.
— Арина, ты язык проглотила, или плохо меня расслышала? — отец от нетерпения еще сильнее раздражается.
Он раздражается, а я, выпрямляю спину, гляжу на него в упор.
— Если это единственный вопрос, то он не по адресу. Наберись смелости и задай его маме. Сам. Корректно. Возможно она ответит, а возможно не пожелает. Имеет полное право. Кстати, если ты забыл, ее зовут — Ирина. На этом все.
Отец озадаченно нахмурился, и вроде слегка растерялся. Да- аа. Интересно, он действительно ждал, что я начну обсуждать с ним мамину личную жизнь? И подпрыгну от счастья, что блудный папаша решил в эту жизнь вернуться? Нет, я конечно приму любое мамино решение, только почему-то не сомневаюсь, что папин поезд ушел и рельсы остыли.
— Смелости? Что ты этим хочешь сказать? Дерзить не советую. — сварливо бубнит опомнившийся отец.
— Иначе что? Акции не передашь? Обойдусь. Папа, я тебе благодарна, ты многое для меня сделал. Только маму свою, не продам ни за какие акции.
Могу ошибаться, но мне показалось, у отца в глазах промелькнуло что-то похожее на уважение. Ко мне. Возможно действительно показалось. Взгляд родителя через несколько мгновений стал абсолютно непроницаемым.