Вскоре от многообразия драконьих сокровищ зарябило в глазах. Я устала и захотела вздремнуть, но не смогла отыскать дорогу к кровати. Заблудилась.
Устало расселась на золоте, перебирая содержимое большой шкатулки, набитой исключительно кольцами. Раскладывала их рядом на две кучки: в одну просто красивые, в другую – обалденные.
Потом с колец переключилась на монеты. Я рассматривала изображения на реверсах и все больше удивлялась, не находя знакомых. Тетушка кроме талантов ведьмы и модельера, была еще и заядлым нумизматом. В ее обширной коллекции можно было встретить монеты всех времен и народов. Лорэйн любила говорить о своей коллекции и я знала историю почти каждой монеты.
На драконьих же монетах были изображены неведомые животные и надписи на непонятных языках. Но добил меня мешочек золотых монет с единорогами на реверсах! Благодаря увлечению Лорэйн я знала, что есть десятки различных монет по всему миру с изображением этого мифического зверя. Но то, что я держала в руках, не было долларами 1997 года из Республики Сьерра Леоне или китайскими десятью юанями 1996-го и даже не русскими монетами времен Ивана III с четырьмя единорогами по углам большого креста!
Я снова и снова разглядывала монету, не веря своим глазам. Единорог, вставший на дыбы, обращенный влево и надпись из которой поняла только слово: "Амбер". Неужели янтарное королевство, описанное Желязны реально существует, а дракон может путешествовать между мирами? Иначе как сюда занесло этот мешочек?
Окинула сокровищницу жадным взглядом, гадая, какие еще диковинки тут скрываются. Мысль о том, что, возможно, среди обычных золотых безделушек есть волшебные артефакты заставляла медлить перед тем, как тянуться к очередной вещи.
Поблуждав еще немного, нашла большое с виду обычное зеркало. Но стоило мне подойти и провести ладонью по массивной золоченой раме, как в глубине зазеркалья заклубился белый туман. Я опасливо попятилась, но уйти прочь не смогла, слишком любопытно.
Через миг увидела вероломного калифорнийца, что бросил вызов моему драххару. Алварес стоял в гостиной у окна и спорил с одной из дракониц клана Эйдена. С той, что бросала на меня ревнивые взгляды перед деловой встречей с оборотнями. Тахарра, вот как ее звали, вспомнила я.
О чем она говорит с Габриэлем? Зеркало показывало изображение, а звуки не передавало.
У этих двоих есть общий интерес. Если драххар из Сакраменто победит в поединке и увезет меня с собой, Эйден снова будет свободен. Тахарре и прочим охотницам за сердцем повелителя драконов Нью-Йорка это понравится.