— Поцелуй меня. Этого должно хватить. Ты отлично работаешь ртом, — в памяти Джилл промелькнуло его лицо между ее ног. И это возбудило ее. Этот мужчина чуть не довел ее до комы с помощью оргазмов.
— Я бы хотел избежать поцелуев на случай, если гормоны опустошения все еще активны. Я желаю, чтобы твой разум был ясен, когда мы будем заниматься любовью, Джилл.
— Это очень мило. Честно, — она протянула руку и провела ладонью по его щеке, потом по волосам. Кожа Эвиаса на ощупь была теплой, а черные волосы шелковистыми. — Но я возбудилась не только потому, что чувствовала, словно сгораю заживо. В данный момент мой разум ясен, и я утверждаю, что хочу тебя, Эвиас. Пожалуйста, поцелуй меня. Я не из тех, кто употребляет наркотики, но могу пристраститься к твоим гормонам. Я хочу этого… и тебя.
— Я не могу устоять перед тобой, Джилл, — он немного приподнялся, наклонился и пристально посмотрел ей в глаза. — Уверена?
— Да. Только не забудь про презерватив. Вчера вечером я не могла произнести ни одного связного слова. Мое тело слишком сильно жаждало твоих прикосновений. Я так хотела, чтобы ты оказался внутри меня. Возможно, сейчас я буду умолять тебя войти, но, прошу, включи разум и защити меня, хорошо? Никаких малышей летучих мышей.
Его губы растянулись в улыбке.
— Даю тебе слово.
Эвиас наклонился, и Джилл закрыла глаза. Его уста слегка коснулись ее. Она протянула руку, сжала его плечи и приоткрыла губы. Эвиас сразу скользнул языком между ними, углубляя поцелуй. В этот момент он обнял ее за талию и немного спустил по кровати. Эвиас перекатил Джилл на спину и сдвинул их тела подальше от груды подушек. Затем он немного придавил девушку своим телом.
Ощущения захлестнули Джилл. Его грудь была горячей и жесткой. Ее соски стали твердыми и чувствительными. Эвиас переместил свой вес и свободной рукой откинул подушки. Предательские признаки наркотического эффекта быстро проявились. Внутри ее тела стал нарастать жар, будто у нее была лихорадка. Клитор запульсировал, из-за чего Джилл раздвинула ноги, понимая, что это ощущение будет только усиливаться. Она застонала под натиском его языка и пробежалась ладонями по его спине, проводя ногтями по упругой коже.
Эвиас зарычал, из-за чего его грудь завибрировала.
Джилл слегка сместилась, закинув ногу на его задницу и пытаясь намекнуть, что хочет, чтобы Эвиас полностью накрыл ее своим телом. Казалось, он все понял и прервал поцелуй, приподнявшись. Джилл открыла глаза.
Теперь радужки Эвиаса приобрели чистый серебряный цвет и засветились, напоминая Джилл расплавленный металл. Светлые и темные оттенки серебра смешались и как будто двигались.