— Проклятье, — рявкнул вампир. — Ты можешь найти нужную информацию, а не весь этот бред? Или вместо этого ты тщательно готовишься к сдаче рунописи?
— Я делаю всё, что в моих скромных силах.
— Раньше…
— Раньше вы не просили копать под кого-то в духе Верио Финаччи! — зашипел оборотень, исподлобья поглядывая на декана. — Не думайте, что я всемогущий. Да, у меня есть уши во многих местах академии. Но не там. Мне нужно время. И многократная проверка информации. Пока у меня нет ни одного доказательства того, что господин Финаччи не тот за кого себя выдаёт. Это всё.
— Ищи лучше. Кто-то разнюхивает всё в академии. А мы связаны, Миртан.
— Я в курсе, — понуро ответил оборотень. — Но… я всё же не всесилен.
Айлин отчаянно тёрла лиф платья. Кровь успела запечься и никак не хотела отстирываться!
“Это Катастрофа!” — в панике подумала девушка, перепробовав все доступные моющие средства. Из глаз покатились слёзы обиды. Она ведь не виновата в том, что один вампир не умеет есть нормально! Она вообще не подписывалась быть деликатесом на его столе!
Швырнув платье в воду, Лин снова посмотрела на себя в зеркало, убеждаясь, что шрама на шее действительно нет. Ей то и дело мерещились фантомные пальцы декана, сжимающие горло. В такие мгновения становилось тяжело дышать, перед глазами всё плыло, и девушка хваталась за что-нибудь, боясь упасть.
О том, как огорчится эльф, увидев, во что превратился его довольно-таки дорогой подарок, Лин пыталась не думать. И о том, что с ней сделал Ириан, тоже. Всё-таки Луцерн перестраховался. Могло быть хуже.
Входная дверь открылась, вошёл Верио, всё ещё румяный с мороза. Снежинки на его плаще поблескивали яркими капельками. Он привычным движением закинул одежду на вешалку и прошёл вперёд. Бросив короткий взгляд через открытую дверь в ванную, замер, увидев Айлин, стоящую в одних чулках и нижнем белье. Тут же отвернулся и сглотнул, но Лин подумала, что он просто посчитал её страшненькой.
“Ну да, причёски нет, рабочая женщина. Мы такие, не образец сексуальности!” — мысленно фыркнула она, возвращаясь к платью.
Верио покрутился немного у стола, а потом подошёл к двери, опёрся спиной о косяк и спросил у Айлин:
— Чем ты занимаешься?
К счастью, зеркало находилось чуть в стороне, и в нём не отражалась обнажённая девушка. Или к несчастью? Верио не знал точно, но умом понимал, что подглядывание чести ему не делает.
— Стираю, — нервно ответила Айлин и вжала голову в плечи. — Простите, господи, испачкала платье.
— И почему ты не отнесёшь его в прачечную по дороге на кухню? — спокойно поинтересовался Верио, прикрывая глаза.