Если сложить и посчитать годы… Выходит… Выходит, после тех несчастных деточек на космической станции няня Брум трудилась в семье Калле, сначала у Кайсы, а потом у Ловийсы! А где она сейчас? Вряд ли всё ещё у там, Юнатану недавно стукнуло семнадцать, младшей Кирстен — тринадцать и в нянях они больше не нуждались.
Гели уже была готова вскакивать и бежать разыскивать няню Брум, звонить сестрам Карла, делать ещё миллион столь же дурацких и бесполезных вещей. Но тут её пронзила очень простая мысль и она машинально выключила коммуникатор.
Калле! Если он стоял во главе этого жуткого проекта, тогда всё сходится! Но этого не может быть! — вопила её душа, — Калле не мог! А кто-то в сознании возражал: очень даже мог. Это как раз на него похоже. Абсолютно безумный глобальный проект, но на этот раз не на грани, а за гранью.
Понятны стали неожиданные отлучки, недомолвки, умолчания, некоторые странные вопросы, которые муж задавал ей время от времени на протяжении всей их совместной жизни. Он втайне от неё занимался тем, что она никогда бы не одобрила. Старался скрыть и одновременно пытался изменить её мнение, склонить на свою сторону.
Если Ариэлю двадцать пять… Это началось задолго до того, как они с Калле познакомились. Он уже не первый год занимался этим бесчеловечным проектом, когда предложил ей стать его женой. Как она была слепа!
Гелене вдруг самой стало ясно, почему до сих пор она не могла сложить два и два, почему не проверила первым долгом материалы Карла. Ведь чувствовала что-то такое! И Фред, и Ариана ей намекали, а она не желала понимать.
Разгадка была близкой и простой, а она вела себя не как учёный, а как тупая клуша. Отворачивалась, закрывала глаза и искала другое объяснение, не такое ранящее.
Гелена до сих пор любила своего мужа, любила по-настоящему и верила, что отдала сердце гениальному учёному и хорошему человеку. А теперь получалось, что учёный-то он был ещё более гениальный, чем она думала, а вот человек… Придумать такой жестокий, аморальный проект, как выращивание детей на органы, могло только чудовище.
Выходит, она любила чудовище? Морального урода?
Верить в это не хотелось, но другого объяснения пока не было.
Гелена поднялась и уже совсем было собралась ринуться в кабинет, чтобы включить одиноко стоявшую там старенькую консоль Калле, но у неё внезапно закружилась голова и подкосились ноги.
Хорошо, что она находилась на веранде, где стоял удобный плетеный диванчик, на который она и рухнула без сил. Ариэль, который деликатно отошёл в сторону во время разговора хозяйки с сестрой и теперь разбирал улов, сидя на самом дальнем краю пирса, заметил, что что-то не так, бросил корзину и вскочил.