– Темно тут, ваша милость, – доверительно сообщил Тибо.
– Да уж...
Пригнувшись (под низким потолком, не сгибаясь, свободно могла расхаживать разве что горбатая ведьма Рихо), я вошёл в комнату. Сел на табуретку поближе к огню. Тибо устроился на лавке.
Тут оказалось, что все присутствующие смотрят на меня. Видимо, мне следовало что-то сказать.
Я сцепил кончики пальцев, посмотрел в пол. Подумал.
– Память ко мне не вернулась, – сообщил я собравшимся. – Видимо, Господь Бог так захотел. Но кое-что я о себе понял... Так что всё равно спасибо вам... эээ... госпожа Рихо.
У Тибо вытянулось лицо. Девушка ахнула. Ведьма довольно закудахтала.
Когда Рихо прекратила смеяться, я услышал:
– Вот уж не думала, что когда-нибудь доживу до того, чтоб благородный франкский рыцарь меня госпожой назвал!
Тут я сделал ещё одно открытие. Надо было говорить то, что само собой приходило на язык, а не то, что, как мне казалось, следовало сказать – то есть казалось мне, Леониду Малярову!
К примеру, фраза о Господе Боге ввернулась как-то сама собой. А вот вся благодарность, которую мог позволить себе сьер Андрэ по отношению к деревенской знахарке, заключалась бы в словах: «Спасибо тебе, добрая женщина».
Вывод: впредь больше доверять рефлексам и бессознательным навыкам сьера Андрэ. И меньше – собственным представлениям о вежливости.
– Шучу, – сказал я и зевнул: – Переночуем у вас.
– Где изволите, благородный господин? На лавке? Али с Жанной на сеновале? – Старуха ткнула локтем в бок девке и захихикала.
Я поглядел на Жанну. Та выглядела смущённой. Если её умыть...
Я снова зевнул и решил:
– На лавке.
– Ну, как знаешь, как знаешь, господин рыцарь...
Я долго не мог заснуть. Пытался свыкнуться с мыслью о том, что мне теперь предстоит жить в мире ведьм, еретиков, индульгенций и рыцарей.
Дотлевали угли в очаге. В углу что-то шуршало и попискивало. Наверное, это мыши. Рядом похрапывал Тибо. Душновато здесь...
* * *
...Мне снился странный сон. Очень чёткий и яркий. Мне снилось, будто я стою в высоком зале, своды которого поддерживают мощные тяжёлые колоны. В зале царит полумрак. Воздух холоден и душен.
Впереди – возвышение, на котором – нечто. Вокруг – люди в рясах.
Я иду...
* * *
...Проснулся я позже всех. Жанна куда-то ушла. Тибо тоже не было видно. Рихо хлопотала по хозяйству.
В комнате было почти светло. Во-первых, благодаря единственному окну в правой стене, которое сейчас было открыто. Во-вторых, вследствие открытой входной двери и поднятой лоскутной занавеске.
Я ещё раз зевнул.
– А где Тибо? – спросил я ведьму.
– Во дворе. Скоро придёт.