Затем они вместе повернули головы к малышам, и Аннуил посмотрела на мальчика. В ответ на неё из-под каштановых волос с золотыми прядями уставились глаза Фергюса. Мальчик сосредоточился на них, а его сестра ползла к ближайшему оружию. И пока Аннуил не покинет этот мир — во второй раз — никогда не узнает, что беспокоило её больше в данный момент. То, что её трёхдневные дети уже могли ползать, что её дочь сразу же схватилась за боевой топор, или что сын вытянул руки и кричал.
Фергюс теснее прижался к Аннуил.
— Он действительно хочет, чтобы ты взяла его на руки.
Аннуил кивнула.
— Чувствую.
Дагмар села на пень у небольшого ручья. Было уже поздно, два солнца начинали садиться. Но, по словам Гвенваеля, это Тёмная Долина, и назвали её так именно потому, что окружающие деревья настолько густые, что ранним вечером казалось, будто наступила ночь. Впрочем, это не имело значения. В данный момент. Особенно учитывая, что она её тело Гвенваель вымыл, а волосы вычистил от кишок и запёкшейся крови. Казалось, ему доставляло удовольствие мыть её, и испытывал облегчение просто оттого, что она находилась рядом.
Так это или нет, Дагмар просто радовалась его присутствию. Как только она услышала его голос, почувствовала присутствие, поняла, что в безопасности. Гвенваель пробуждал ощущение безопасности, не заставляя чувствовать себя загнанной в ловушку; и Дагмар наслаждалась этим.
Неудивительно, что Аннуил и Фергюс не вернулись к ним. Дагмар немного забеспокоилась, когда услышала отчётливые звуки битвы — звон мечей, боевые кличи и крики — но Гвенваель, казалось, даже не заметил этого, занятый обработкой её нескольких ран — в основном царапины, но он видел в каждой из них рану от меча.
Дагмар осмотрела хлопчатобумажную рубашку, которую он надел на неё, потому что платье было безнадёжно испачкано, и у неё не было ни малейшего желания когда-либо надевать его обратно. Она нашла одно из платьев Аннуил — что для неё редкость — но оно то и дело спадало с плеч и обнажало грудь. Хотя Гвенваель, казалось, оценил это, Дагмар была не в настроении развлекать Фергюса, когда он вернётся. Поэтому она решила надеть рубашку Гвенваеля — простую и хлопковую, доходившую ей до колен. Никогда ещё Дагмар не одевалась так открыто, и не была на виду у всех, кто мог забрести в долину.
Она мягко улыбнулась, радуясь, что не разбила очки и могла видеть всё вокруг. Старые и красивые деревья, маленький ручей, прекрасные цветы, бегущий олень… за которым гонится Гвенваель, низко летя. Он приблизился и ткнул животное мордой. Олень прыгнул вперёд и врезался в дерево, оглушив себя. Гвенваель схватил его клыками и раздавил. Затем выплюнул его на землю и с огнём. Гвенваель приземлился, а его хвост болтался позади.