- У меня все хорошо.
- Ну и ладненько. Малыш, ты знаешь, маман в чем-то права. Не стоит тебе сейчас в Москве быть. Ты ж гулять мало выходишь, а мне сопровождать тебя некогда. Возможно, тебе и правда лучше побыть на свежем воздухе. Сейчас я с делами разберусь и приеду вас с пузожителем проведать. Ты там не скучай, гуляй побольше, ешь витамины. Давай, пока. Устал, как собака. Целую крепко - крепко.
На следующий день он позвонил уже около десяти вечера, когда беременная женщина, нагулявшись на свежем воздухе и облопавшись витаминами, уже может и спатушки завалиться.
- Привет, Черепашка! Я соскучился. Без тебя так пусто в квартире, ты не представляешь. Хоть волком вой. И голодно. Опять питаюсь доставкой.
Серьезно, Никита?! Я тебе сочувствовать должна? Я весь кислород мира не променяла бы на возможность быть с тобой. Просто обнять, почувствовать защиту, тепло. Сказать малышу - папа рядом, он тебя любит! Но нет! Для Никиты ничего не изменилось. По-прежнему, он центр Вселенной.
Понятное дело, что я не стала озвучивать свои мысли. Кажется, к тому моменту, когда Никита соберется приехать на деревню к бабушке, у меня окончательно все обиды перегорят, и я буду уже рада любому вниманию и тому, что не брошенка.
Вот это меня страшило до ужаса. Я представляла, наматывая сопли на кулак, как мой пузожитель, как сказал Никита, растет, я круглею, и все начнут замечать, что я будущая мать-одиночка. Тактичные промолчат, а есть же и те, кого медом не корми, дай уколоть другого или унизить. А больше всего я боялась роддома и выписки.
Тут уже я не сдерживала себя. Мое воображение рисовало в ярких красках, как я с крохотным кулечком выхожу на крыльцо вместе с какой-нибудь счастливой мамашкой. Как ее муж перехватывает у медсестры ребенка, глупо и счастливо улыбается, родственники дарят мамочке огромный букет, собравшийся радостный народ наперебой поздравляет молодых родителей.
А я, пряча от стыда глаза, пробираюсь сквозь эту счастливую и дружную толпу. Сажусь на лавку и вызываю такси.
Как мимо меня проходят люди, роняя осуждающие взгляды...
И не только мое воображение способствовало тому, что эта картинка засела в мозгу.
Никита иногда забывал позвонить, а я до двенадцати не ложилась спать, находя себе занятия, боясь пропустить звонок.
На следующий день извинялся, обещал исправиться, обещал разобраться с делами. Потом улетел в Норильск с инспекцией семейного бизнеса. А там со связью вообще проблемы. И с каждым днем надежда на то, что он приедет, таяла, как неожиданно выпавший в мае снег. Так же стремительно и безвозвратно.