Приезжаем домой. Стараемся избегать освещенные участки парковки, быстро проходим мимо охраны, я прикрываю Саита от внимательных глаз грозных мужчин. В лифте смотрю на наши отражения в стенке. Они искаженные, как и моя реальность. В голове пусто, на душе гадко. Мне предстоит проанализировать вечер и сделать выводы.
Заходим в квартиру, молча идем в сторону спальни, но тут Саит останавливается. Не смотрит на меня, держится за дверную ручку. С беспокойством разглядываю его напряженную спину, но не осмеливаюсь к нему приблизиться.
— Переночуй сегодня в гостевой спальне.
— Мне тебе помочь?
— Не надо, — открывает дверь и заходит в комнату.
Я вздрагиваю, когда слышу негромкий хлопок. Нахожу в себе силы зайти в комнату напротив, дойти до кровати и лечь. Несколько минут бездумно смотрю перед собой, прислушиваясь к звукам. Вдруг станет ему плохо, позовет на помощь, но все тихо. Никто не зовет, никакого грохота нет. Не замечаю, как проваливаюсь в сон. Я засыпаюсь, так и не раздевшись.
Просыпаюсь от тупой ноющей боли во всем теле. Ноет и голова. Горсть обезболивающих, выпитых накануне, помогла уснуть. С усилием воли открываю глаза, яркий свет, льющий со стороны окна, заставляет зажмуриться. Прислушиваюсь к себе, к окружающему миру.
Вчерашний вечер прошел не так, как я планировал. Должника Люсьена предупредили обо мне, он меня ждал со своими людьми. Убить меня ему мешала моя фамилия. Отец мою смерть не спустит с рук, это все понимают, кто знает очно или заочно Саида Каюма. Сейчас я очень рассчитываю на то, что отцу не донесут о случившемся, что он не приедет сегодня ко мне, не увидит меня в таком состоянии, когда даже руку тяжело поднять. Выводы я буду делать чуть позже, но одно понял точно: нужно завязывать темной стороной своей деятельности. Сегодня ты держишь чью-то жизнь в руках, завтра твою жизнь держат. Мне чувство беспомощности не понравилось. Если бы не Дева, не представляю, чем бы все закончилось.
Заставляю себя встать с кровати. Хорошо, что хватило ума попросить Деву переночевать в другой спальне. Иногда нужно спать одному. Иду ванную. Отражением в зеркале можно смело пугать маленьких детей. Потребуется неделя, чтобы синяки на лице стали не так видны, губы зажили. Опускаю глаза вниз, приподнимаю футболку. Вчера кое-как обработал рану, вроде не гноится, но болит. Меняю повязку, матерясь себе под нос.
Выползаю из спальни, морщась от каждого шага. Принюхиваюсь, пахнет чем-то вкусным и съедобным. Иду на запах, замираю, заметив Деву возле плиты. Если надумаю жениться, женюсь на ней, потому что более преданнее спутницу не найду. Чего стоит ее выходка с бутылкой, как она отвлекала мужиков, рискуя собой. Наверное, Дева до конца не осознавала опасность, когда набрасывалась на спину одного из бивших меня людей должника.