- А, Джози… Ну, я думала она пришла уже в себя, смирилась, а после болезни стало еще хуже, она оглянулась на Джози, проверяя, достаточно ли далеко стоит девушка, и наклонилась чуть ниже ко мне: - Отец продал ее в бордель, когда мать уже перестала приходить в себя. У нее, наверно, эта болезнь, от которой никто не вылечивался – что-то с дыханием… А Джози в первый же день откусила клиенту нос, но так, знаешь, не полностью, он теперь у него как гриб, - она заржала, показывая рукой на носу огромную картошку.
- И ее посадили за это?
- Да, только мужик оказался кем-то из важных, - она показала указательным пальцем выше головы, намекая, что дядька работал в верхах, или же был достаточно богат, чтобы иметь связи. – Ее вытащили на улицу, и все повернули так, будто она напала на него на улице, пыталась убить и ограбить.
- Но ее должны были повесить за это!
- Да, только иногда и нам везет, Элиза. Бог в этот раз случайно вышел в сортир, и прочитал в своей небесной газете новости о нашей Джози, бросил гадить и побежал вершить правосудие.
- В смысле?
- Ну, молодой судья, которым заменили старого из-за подагры, или еще какого поноса, понял, что дело не чисто, и девочка явно не из наших… Не стал ждать, разбираться, и назначил ей шесть лет. Полгода она отсидела, и пришел «подарок» от Его Величества – нас отпускают. Как мышей… В коробку с котами, - она улыбнулась с отчаянием, и в ее глазах потух этот искусственный, как новогодняя гирлянда в виде свечи огонек.
Мы будем держаться рядом, Бетти, и забудь все свои обиды, прошу тебя. Иначе, коты нас просто разорвут на части. В этой части земли Бог даже собаку не выгуливает, подруга, не то что не справляет нужду, - я подала ей руку, и она впервые посмотрела на меня как на человека.
- Давай, только вот, если попробуешь нам навредить, я сама буду учиться на тебе снимать скальп, поняла?
- Обещаю, - я сильнее сжала ее ладонь и отпустила. Бетти выхватила на ходу у Малкольма кувшин и прямо из него сделала несколько больших глотков. – Мальчик, советую быстрее найти воду, иначе, нам придется тебя прирезать и пить твою кровь, - ее смех, думаю, напугал его не меньше, чем меня бы напугало такое заявление от членов команды – все как один точно были не против это сделать с нами.
- Она рассказала обо мне? – Джози подошла ближе, но осталась в двух метрах от меня. Она смотрела на выход из трюма, а я смотрела на берег.
- Да, детка.
- Рассказывай.
- Ты убила пятнадцать мужиков, Лиля. Ты серийная мужененавистница. Говорит, ты отрезала им яйца и пришивала к носу. Доктора спасли только пятерых – перешили их обратно, - я не видела ее лицо, но я пожалела, что так пошутила, потому что увидела боковым зрением, как она перегнулась через борт. – Не, не, стой, я пошутила.