***
— Привет! — улыбнулся Тим, разглядывая Марину, которая была укутана полностью в шерстяной огромный шарф-ковёр.
— Привет! Спасибо, что согласился! — Рожкова потянулась на носках к Гордееву, чтобы осторожно и стеснительно чмокнуть его в щёку.
— Пустяки, — засмущался Тим, сам от себя такого не ожидая. — Это тебе!
Гордеев протянул небольшого белого плюшевого медведя, в лапу которого он сложил осторожно горсть из еловых веток. У мишки были огромные стеклянные и выразительные глаза; такие светлые, голубые, прям как у Тимофея.
— Какой он милашка! Спасибо огромное, Тим! — восторжествовала с визгом Марина.
Рожкова уже даже придумала имя новому плюшевому другу, который будет жить в её комнате, разделяя Маринины радости, беды, слёзы счастья, отчаяния и все прочие эмоции девушки.
— А вот и наш трамвай! Папа живёт через три остановки, но я так привыкла ездить к нему на трамвае, так что можно уже считать это традицией! — улыбнулась Рожкова.
Девушка терпеливо подождала, пока двери транспорта перед ней откроются. Она поправила свою громоздкую вязанную шапку и, смотря под ноги, осторожно зашла в трамвай. Гордеев последовал за ней. Мест не было, поэтому, пристроившись в самом конце салона транспорта, ребята лицезрели в окна. Скапливались пробки, люди в городе знатно суетились… Последние часы этого года, впереди новый, прям как белый лист! На небе красовался живописный розово-фиолетовый закат, который намекал на завтрашние морозы. Уходящее солнце приятно слепило в глаза, Рожкова непроизвольно даже улыбнулась этому. Почти все три остановки Марина и Тим молча переглядывались и смущенно опускали глаза в пол. Всё же, доля стеснения у обоих была. Возможно, ни Тим, ни сама Марина ещё просто не могут поверить в то, что судьба их свела на этот раз действительно осознанно и серьёзно.
— Нервничаешь? — неожиданно просила Рожкова, держась за поручень возле выхода. Приближалась нужная им остановка.
— Есть немного, — честно признался Тим. — В любом случае, Мариш, я хочу, чтобы ты знала, что моё мнение даже из-за твоих родителей никак к тебе не поменяется, ведь я строю отношения не с ними, а с тобой!
— Всё будет хорошо! Вот увидишь!
Конечно, Рожковой было безумно приятно слышать сейчас такие слова от Гордеева. Словно одной фразой Тим убил все барьеры, которые годами плодились в голове у Марины. Ни детские психологи, ни частные, как Анастасия Юрьевна, не смогли окончательно вытравить главный комплекс Рожковой из головы. Школьному психологу казалось, что Марина просто прикалывается, а Анастасия Юрьевна старалась до последнего, пока не поняла, что это самая сложная и важная стадия возраста. Нужно просто испытать действительно первые и серьёзные чувства, чтобы добиться работоспособности именно сердца, а не головы. Тогда, по словам Анастасии Юрьевны, Рожкова сможет победить свои страхи, которые вырабатывались годами и не покидали много лет Марину. Неужели мама Риты была права?