После жизни и смерти (Светлоокая) - страница 18


***


Первое, что бросилось в глаза Чеширу, когда он еще днем шел по окраине очередного городка, – это отсутствие шумных ребятишек на детских площадках и во дворах. По улицам ходили только взрослые и подростки старше пятнадцати лет, в воздухе висело что-то неосязаемо гнетущее. Василий посматривал по сторонам, но пока не расспрашивал никого о происходящем. Странно, конечно, но люди редко могли ответить что-то по существу на расспросы.


Пока мужчина пешком пробирался к центру городка, на блеклые дома спустился мягкий летний вечер, окрашивая мир в иные, чуть более таинственные цвета. Пришло время для фокусов.


Переодевшись в одном из темных углов, Беляков не торопясь достал и установил по местам свой реквизит на небольшой, но аккуратной набережной. В этот вечер у него было всё, чтоб наполнить мир иллюзией доброго и веселого волшебства, но сегодня представление Чешира отдавало неким неприятным привкусом пьяного веселья во время чумы. Вокруг витала вина людей, которые хотели расслабиться и в то же время стыдили себя за подобные желания, словно в эти дни они должны были только скорбеть о чем-то.

Мягкий сумрак, растворенный в ночных огнях, играл на руку фокуснику, добавляя атмосфере немного загадочности. Вокруг собрались несколько человек – его небольшая аудитория; он показывал простые фокусы, те, что есть в репертуаре у каждого фокусника, и каждый из артистов вкладывает в эти трюки что-то свое. В руках Белякова появлялись, словно из воздуха, бумажные цветы и птицы, менялись рисунки под пламенем зажигалки, а вода превращалась в серпантин. Он шутил, подмигивал молодым девушкам и жонглировал разнообразной мелочью. Немного играл в телепата, угадывая разные мелкие детали о людях по их одежде, вещам и лицам, по их призрачным животным читал эмоции. Он пользовался простой избитой, но и все еще эффективной тактикой: говорил общую фразу, которая якобы относилась к одному из толпы, а потом смотрел, кто в ней узнал себя, а дальше – по обстоятельствам. Люди обычно считают, что их не прочесть, забывая о мелочах – вроде потертых рукавов, кроссовок, испачканных в траве, и прочем, а когда кто-то все же собирает по крошкам несколько слов об их жизни, им проще поверить в волшебство.

Впрочем, Чешир всегда напоминал, что это лишь иллюзия, заканчивая представление дежурной фразой: «Это не магия, а всего лишь фокус». Настоящую магию не так легко продемонстрировать, особенно когда она почти полностью заключается в возможности видеть то, чего другие не видят, и собирать энергию мест в амулеты.


Василий любил внимание, он получал удовольствие от своих выступлений, но в этот вечер не было привычной отдачи, не было настоящей радости. И от этого мужчина начинал немного скучать, больше глядя в толпу и меньше уделяя внимания своим фокусам.