Вот, что любовь к этой женщине сделала со мной.
Она сделала меня слабым, уязвимым. А еще Зара могла вертеть мной, как угодно. Не важно, что она говорила, думала, делала.
Я все равно любил ее больше жизни.
Мы доехали быстро, наверное, потому что я был в постоянных размышлениях, а заботы о дочери Зара полностью взяла на себя. Мы остановились лишь один раз, в ближайшем мотеле, чтобы Лиза смогла помыться, нормально поесть и поспать в кровати.
А затем снова отправились в путь.
За всю долгую дорогу до дома мы с Зарой не перекинулись и десятком предложений. Если и заговаривали друг с другом, то только по каким-то бытовым моментам.
— Заходи… почему ты там остановилась?
Спустя сутки мы были в столице.
— Я… мы… — Зара запнулась и покачала головой. Она стояла в холле, держала Лизу за руку и топталась на месте, будто бы не решаясь войти внутрь.
— Зара?
— Это не наш дом. Я хочу к себе… там мои вещи… и лизины тоже…
— Давай мне ключи, я съезжу и все привезу.
— Нет, — она упрямо покачала головой.
— Мам, пап? — прервала нас дочь. — Мы опять куда-то поедем, да?
— Нет, детка, что ты… — Я быстрыми шагами подошел к ребенку, опустился на корточки перед ней и обнял. За всеми этими переживаниями, мы совсем забыли о дочери, которую тягали туда-сюда, не заботясь о ее чувствах и удобстве. — Ты теперь будешь жить здесь. Вместе со мной и мамой.
— Что? — Я поднял взгляд на Зару. Она стояла и удивленно смотрела на меня. Так, словно я был незнакомцем. — Что это значит? — одними лишь губами прошептала она свой вопрос. А я только и смог, что пожать плечами.
Не знал я, что это означает. Знал только, что мы должны были быть вместе. Жить под одной крышей. Что мы были семьей. Пусть и не самой правильной, может быть, где-то сломанной, но точно семьей.
Зара осталась. И Лиза тоже.
Бывшая дала мне ключи от своей квартиры, как я и просил, и отправила за нужными вещами, список которых лежал у меня сейчас в кармане.
И теперь я стоял посреди ее жилья, которое она несколько лет создавала без меня. Для себя и нашей дочери.
Просторная и светлая квартира с минимумом необходимых вещей в гостиной. Я прошел чуть дальше и очутился в детской Лизы. Не смог удержать улыбки, увидев игрушки дочери. На столе сидел «любимый заяц», о котором Зара твердила мне минут десять, не меньше, только бы я его не забыл с собой привести. Оказывается, они забыли его, когда в спешке собирались, чтобы бежать. От меня.
Я внимательно оглядел комнату дочери, а затем двинулся в единственную оставшуюся, а именно, спальню своей бывшей.
И вот здесь меня накрыло. С головой.