– А что, тебя есть за что вздернуть? – ухмыляюсь, глядя на Эмиля.
Малой в полном шоке. Я же, дефилируя из кухни в спальню, чтобы прикрыть наготу, набираю номер малышки. Вот кого надо наказать. Чтобы не будила во мне ревность. Ка-ак вспомню её рядом с Охотником… Моя!
Однако, день продолжает меня удивлять, потому что телефон внезапно решает отдохнуть. Чудом не отправляю бесполезную пластмаску за кругленькую сумму в стену. Фотки жалко. Ещё видосы есть, которые я тайком снимал. Нет, не секс. Например, эмоции моей малышки, когда мы поднялись над городом на воздушном шаре… Этот детский восторг в глазах шикарной женщины стоит куда дороже денег.
Ладно, успеется ещё позвонить. Натягиваю белье и спортивки. Возвращаюсь на кухню, все же кофе мне нужен, как воздух.
Жадно осушаю чашку. Желудок возмущенно булькает, понятно, надо закинуть в топку еды. И йогурт тут явно не прокатит.
Удивительно, но малой словно читает мысли, встаёт и шурует к холодильнику, чтобы достать упаковку ломтиков ветчины, сыра и белый хлеб. Пока я соображаю себе съедобную "пизанскую башню", Эмиль заваривает мне красный чай. Ничто так не тонизирует, как кислый напиток из лепестков.
– Так чего приперся-то? – наконец, проглотив свой мега-бутер, снова спрашиваю у малого.
Эмиль отвечать не спешит, и это несколько настораживает. Поднимаю на него взор: вижу, как брата ломает под моим тяжелым взглядом. Сто процентов, накосячил. Готов поспорить, что на этот раз очень масштабно. Только вот не могу понять, где именно. И сам малой сейчас не сознается. Но я нутром чую.
– Да я просто беспокоился о тебе, – наконец, открывает рот Эмиль. Ну точно, я прав!
– Хм, – недовольно бурчу. Прям поверил. Хочу задать еще вопрос, но меня прерывает мобильник малого.
Он из кухни выходит на лоджию, однако, разговаривает особо не таясь. Судя по всему, речь идет о Холдинге. Должно быть, не смогли дозвониться мне, поэтому решили дернуть Эмиля.
Нехотя плетусь одеваться. Черт! Я же хотел Элю навестить! Но я сам прекрасно понимаю, что бизнес превыше всего: слишком много усилий я вложил в свое дело, чтобы сейчас всё профукать. Нельзя и об утечках забывать. Точно! Вечером к Эле заеду, нужно задать несколько вопросов. Я даже почти готов поверить в ее невиновность. Почти.
Все-таки Касаткина, пусть даже во сне, разительно отличается от моей малышки. На ее фоне Эля – эталон чистоты.
– Ты уже готов? – вырывает из мыслей голос брата.
– Как видишь, – отвечаю, поправляя галстук. – У нас проблемы?
Снова заминка. Мягко говоря, не нравится мне все это.
– Скорее – в офисе требуется твое присутствие, и все, – довольно неуверенно произносит Эмиль.