Гриша попятился почтительно и с пиететом.
Еще в тот же день он поймал в степи Зиньку Федоровну и заговорил о финансовой поддержке для того, чтобы пригласить и достойно встретить прославленного консультанта по спортивным вопросам.
- Да зачем он тебе? - вздохнула Зинька Федоровна. - Стадион все равно ведь никто не финансирует.
- Потому что нет идеи. А когда дадим идею - все появится: и деньги, и поддержка, и понимание.
- Бог в облаке появится, - мудро заметила Зинька Федоровна. - Хочешь, вот и приглашай этого своего...
- Сельсовет не имеет представительских средств.
- А я их имею?
- Ну, тогда... Тогда, Зинька Федоровна, я... на свои собственные... еще комбайнерские...
- Проторгуешься.
- А я на жатву снова к вам на комбайн попрошусь!
Когда даже председатель председателя не хочет понять, то как же жить дальше?
ЗАУХОПОДНОСОР
За время своих переселений и переименований Веселоярск, можно сказать, привык и ко всякого рода советникам, и к консультантам-проектантам, и к эрудитам-ерундитам, - и теперь тут никого и ничем не удивишь. Все воспринимается с надлежащим спокойствием, которое когда-то называли философским, а теперь можно бы именовать веселоярским, и даже когда дезориентированные сторонники дядьки Вновьизбрать подняли панику, что якобы новый голова куда-то улетел, никто не встревожился: может, человеку надо, вот он и полетел. Полетает - да и вернется снова. Летают же герои латиноамериканских и украинских химерных романов, так почему бы и Грише Левенцу тоже не попробовать?
Поэтому никто не удивился еще одному консультанту в Веселоярске, тем более что привезен он был неофициально, без предупреждений и объявлений, актива для встречи и бесед Гриша не созывал, борщ у тетки Наталки не заказывал, вообще не просил ни у кого ни помощи, ни поддержки, ни даже сочувствия. (Последняя фраза упорно выпутывается из ее синтаксического окружения - и что же мы имеем? Забыли про Зиньку Федоровну и все сваливаем на Левенца? К сожалению, такова у него роль и в жизни, и в нашем повествовании.)
Консультанта привез Рекордя. Не следует думать, что он решил покончить со своей ущербностью и статусом тунеядства, - просто для разминки смотался на отцовском "Москвиче" в областной центр и привез того, кого велел ему привезти - не Левенец, нет! - новый преподаватель физкультуры Пшонь.
Он высадил его возле сельсовета, крикнул Грише снизу:
- Вот, привез!
И помчался дальше дармоедствовать, заставив прибывшего ждать Гришу.
Гриша побежал вниз встречать консультанта.
- Какая радость! - закричал он. - Какая честь для нас!