— Нельзя забывать о влиянии на планировку здания трактата об архитектуре Альберта, — продолжал Джонас. — Пятнадцатый век. Безусловно, тут не обошлось без подражания классическим работам Витрувия: Альберти перенес большинство его положений в современность. Тем не менее его работа стала отправной точкой развития зодчества Ренессанса. Вилла, конечно, не слишком наглядный пример, но в ее архитектуре определенно чувствуется влияние этого мастера.
— Понятно, — сказал Даг. Видно было, что речь Джонаса произвела на него большое впечатление.
— Во времена, когда строилась эта вилла, итальянские зодчие очень заботились о соблюдении пропорций и гармонии в архитектуре. И это значительно облегчает мою задачу.
Как раз в тот момент, когда Джонас сравнивал архитектурные сооружения Милана и Флоренции шестнадцатого века, в кухню вошли Престон Ярвуд и Оливер Крамп.
— Знаменитые палаццо Флоренции послужили примером для других городов, — продолжил Джонас, и все понимающе закивали головами. — Каждый более-менее знатный синьор хотел иметь большой дом, подобный палаццо Медичи, тенденция просматривается даже в этой старой развалине.
Верити исподтишка наблюдала за своим возлюбленным. Да, трудно определить, где кончается искатель приключений и начинается серьезный ученый-исследователь. Джонас с головой ушел в эту работу.
Но радость ее тут же омрачилась воспоминаниями о судьбе несчастного Дигби Хейзелхерста. Верити невольно содрогнулась. Сперва поиск сокровищ казался ей приятным дополнением к работе историка-консультанта, но теперь она в этом сомневалась. Единственным положительным моментом было то, что у Джонаса пробудился интерес к их предприятию, а любой его интерес к профессиональной деятельности надо поддерживать.
Слэйд Спенсер появился только к концу завтрака. Он так плохо выглядел, что никто не сказал ему ни слова. Он почти ничего не съел и вышел из-за стола прежде, чем завтрак закончился.
Верити решила, что он подавлен и его молчание — добрый знак: возможно, он не будет подавать жалобу в суд.
— Боюсь, наш друг Слэйд еще доставит нам немало неприятностей, — заметил Престон. — Жаль. Очевидно, он никак не может побороть свою страсть к спиртным напиткам. Не надо было приглашать его, Элисса.
Элисса нежно улыбнулась:
— Он выправится, вот увидишь.
Оливер Крамп промолчал, но чуть прищурился, глядя вслед выходящему из комнаты Спенсеру.
Как только Мэгги убрала со стола, Джонас, Престон Ярвуд и Уорвики собрались обследовать западное крыло виллы.
— А ты разве не пойдешь? — удивленно спросил Джонас, когда Верити объявила, что останется и будет читать.