– Здравствуй, – ответил я, удивившись самую малость.
Я ждал этой встречи, но надеялся, что на месте Федора окажется другой, незнакомый мне человек.
– Прости, но я весь мокрый. Очень в душ хочется.
– Иди, я подожду.
– Кофе свари пока.
– Хорошо, сварю.
Через десять минут я, одетый в длинный махровый халат, сидел в темной комнате, откинувшись на спинку кресла, и с удовольствием пил кофе с солью – фирменный напиток моего покойного брата Федора Храмова.
– Ты не удивился, увидев меня здесь? – спросил Федор из кресла напротив.
– Немножко, – ответил я честно.
– А вот я последние сутки нахожусь в крайней степени удивления.
– Из-за меня?
– Угадал.
– Про то, что я теперь покойничек не хуже тебя, уже знаешь?
– Нет, расскажи.
Я коротко поведал историю о гонках по Бережковской набережной и о взорвавшемся под водой лимузине. Про свой рекордсменский заплыв и про ограбление студента я скромно умолчал.
– Здорово, – сказал Федор. – Два брата-покойника сидят и пьют кофе. Впечатляет.
– Послушай, братишка, а не пора ли раскрыть карты?
– Давно пора, братец. Начинай.
– Нет уж! Ты первый.
– Это еще почему?
– Вопрос риторический. Я, что ли, все ЭТО затеял?
– Хорошо, слушай и не перебивай. Договорились?
– О'кей, братик.
– И ничему не удивляйся, все вопросы после, да?
– Лады.
Федор задумался на минуту и проговорил:
– Начать придется издалека. Ты знаешь, кто такие ниндзя? Ну! Ну, чего ты молчишь?
– Ты просил не перебивать, вот я и молчу.
– Хм… Резонно. Ты, наверное, думаешь, что ниндзя – это каратисты в черных балахонах, лазающие по крышам японских пагод и нью-йоркских небоскребов и отстреливающиеся металлическими звездочками от вооруженных вполне современным оружием негодяев? Образ средневекового супермена – первое, что приходит тебе на ум. Ты и миллионы подобных тебе в жизни не поверят, что настоящие ниндзя затратили колоссальные средства, дабы полуфантастические существа из кинобоевиков прочно ассоциировались в массовом сознании с понятием «ниндзютцу»…
– Есть еще ниндзя-черепашки.
– А вот теперь ты перебиваешь, когда не просят!
– Не обижайся! Пошутил, не выдержал, уж больно высокопарные речи с неподдельной патетикой в голосе приходится выслушивать.
– Мне замолчать?
– Федя, братан, ну ладно тебе дуться. Ври дальше, я буду нем как ры… как ниндзя.
– Шут гороховый! – Федор помолчал и продолжил: – Мы с тобой сводные братья, ты знаешь. Родной брат моего отца женился на женщине с ребенком. Этим ребенком был ты. У моего отца было много братьев, а у моего деда было много внуков. Не напрягай память, деда ты все равно не вспомнишь. Деда ты не знал. Я сам видел его всего лишь несколько раз. Меня учил и тренировал мой отец…