— Вы зря тратите время с вашими поисковыми партиями, Эммет. Даже днем никаких улик тут не найдешь. Этого парня выбросили из машины или грузовика, и тело скатилось сюда.
— Ошибаетесь! — торжествующе воскликнул Эммет и, направив луч фонарика на какой-то предмет, поднял его.
— Черта с два! Говорю же, кто-то избил этого типа до полусмерти и вышвырнул на дорогу.
— Ошибаетесь, — повторил Эммет, подходя к следователю. — Глядите-ка, бумажник!
Следователь мотнул головой в сторону мертвеца:
— Его?
— Посмотрим, — ответил шериф, и, осветив фонариком фото на водительских правах, поднял одеяло с лица потерпевшего.
— Его! — торжествующе провозгласил он, поднося права поближе к свету.
— Черт! И не выговоришь! Какое-то иностранное имя — Станислас… Шпигальски.
— Станис… — пробормотал следователь. — Это не тот мошенник-адвокат, которого сцапали недавно в Бельвиле?
— Клянусь Богом, вы правы!
Мэтт, перекинув через одну руку пальто и держа портфель в другой, остановился у стола секретаря, помогавшей ему подготовить конференц-зал к приезду Мередит.
— Доброе утро, мистер Фаррел, — поздоровалась Джоанна.
Раздраженный едва скрытой неприязнью в голосе и откровенно недовольной физиономией, Мэтт мысленно отметил, что девушку необходимо перевести отсюда как можно скорее, и, вместо того чтобы вежливо осведомиться, хорошо ли она провела уик-энд, сухо объявил:
— Элинор Стерн позвонила мне домой сегодня утром и пожаловалась, что плохо себя чувствует. Вы, конечно, сможете заменить ее?
Это была не просьба, а приказ, и он и она понимали это.
— Да, конечно, — ответила Джоанна Саймонс, одарив его столь неподдельно-искренней улыбкой, что Мэтт невольно подумал, не ошибся ли он.
Джоанна подождала, пока новый и нежеланный президент «Хаскелл» исчезнет в своем кабинете, а потом ринулась к столу второго секретаря. Наконец-то ей представился счастливый случай. Стать, хотя бы ненадолго, секретарем самого Фаррела — эта работа предлагала неожиданные и весьма волнующие возможности.
— Вал, — шепнула она секретарю в приемной, — у тебя не сохранились имя и номер телефона того репортера из «Тэттлера», который просил тебя дать им информацию о Фарреле?
— Все есть, а тебе зачем?
— Затем, — с торжеством призналась Джоанна, — что Фаррел только что приказал мне заменить его старую грымзу. Это означает, что я получу ключи от ее стола.
Она подняла глаза, желая убедиться, что остальные секретарши, чьи столы были расставлены широким полукругом по всей приемной, заняты своим делом и не подслушивают. Большинство из них не разделяли ее нелюбви к Мэтью Фаррелу и так же верно служили новому боссу, как и старому.