На этот раз Розалинда проснулась, словно от внезапного толчка. Черный Меч слегка шевельнулся, и, хотя он еще не стряхнул с себя сонное беспамятство, его рука безошибочно потянулась к ее груди.
Именно это вырвало Розалинду из плена дремоты, и в течение нескольких секунд она просто лежала, собираясь с мыслями и с нарастающим ужасом осознавая всю степень своего падения.
Не было никакой возможности отрицать то, что произошло между нею и мужчиной, чье тело сейчас так плотно прижималось к ней. Она не могла поверить в случившееся, и тем не менее каждая ее частичка казалась живым свидетельством разыгравшихся здесь событий. Ее припухшие губы были чувствительны, как никогда… такими их сделали его неистовые поцелуи. Ее груди еще хранили непривычную полноту — даже сейчас соски набухали при воспоминании о страсти, которую она разделила с совершенно чужим для нее человеком. А еще ниже — это томительное тепло…
Горячая волна заставила Розалинду покраснеть до корней волос: она словно вновь ощущала, как он прикасался к ней и как он проник внутрь…
— Пресвятая Дева Мария, что же я наделала? — шептала она, поистине устрашенная собственным непростительным поведением. Она отдалась человеку, о котором почти ничего не знала и от которого рассчитывала вскоре избавиться. К вящему ее позору, после всего этого она смогла заснуть в объятиях грабителя, которого еще вчера ждала виселица! Да если она всю свою жизнь простоит на коленях, посылая к небесам молитвы, — ей и тогда нельзя надеяться, что столь постыдные действия могут быть прощены.
В панике она оглянулась вокруг, пытаясь отыскать хоть какой-то выход из ужасного положения, в которое завела ее судьба. Они лежали на ложе из густых мягких трав под сенью ив, обступивших полукругом крошечную лужайку. Где-то поблизости, должно быть» располагалась их стоянка… а там — Клив, испуганно подумала она. Она должна убраться подальше от этого человека, от этого Черного Меча… пока Клив не увидел их! Прежде чем Черный Мет проснется, они с Кливом должны унести отсюда ноги и как-нибудь — любой ценой! — добраться до Стенвуда, чтобы только он их не настиг!
Впрочем, ей с самого начала было ясно, что все ее планы никуда не годятся. У них с Кливом не было ни единого шанса ускользнуть от фозного попутчика, а уж о том, что он не станет их преследовать, нечего было и мечтать. Но она не могла тратить время на бесполезные размышления. Если ей придется встретиться с ним снова — когда это случится, — вот тогда она и решит, как с ним управляться. Если он хоть что-нибудь сболтнет ее отцу — она будет лгать и от всего отпираться. Будет! Но прежде всего нужно уносить отсюда ноги.