Некоторое время она молча смотрела на него, а потом размахнулась и влепила ему звонкую пощечину. Лицо Билла оказалось более твердым, чем ожидалось. Госпожа Флитворт вскрикнула и сунула пальцы в рот.
– Ты покинешь мою ферму сегодня же, Билл Двер, – мрачно проворчала она. – Понятно?
Она развернулась и побежала к насосу.
Кто-то догадался принести багры, чтобы стащить с крыши горящую солому. Госпожа Флитворт организовала людей, они подняли лестницу к окну спальни, но пока один из мужчин лез туда, накрывшись влажным одеялом, концы лестницы тоже загорелись.
Билл Двер смотрел на огонь.
Он достал из кармана золотой жизнеизмеритель. Пламя окрасило стекло в красный цвет. Билл убрал измеритель обратно в карман.
Часть крыши провалилась в дом.
– ПИСК.
Билл Двер посмотрел под ноги. Крошечная фигурка в мантии прошагала между его ног прямо в охваченный пламенем дверной проем.
Кто-то что-то кричал о каких-то бочках с бренди.
Билл Двер снова достал из кармана жизнеизмеритель. Шорох песка заглушал рев пламени. Будущее перетекало в прошлое, причем прошлого было гораздо больше будущего, но только сейчас он заметил, что кроме этого… было еще и настоящее!
Он осторожно опустил измеритель в карман.
Смерть знал, что вмешательство в судьбу отдельного человека может уничтожить весь мир. Он знал об этом. Это знание было неотъемлемой его частью.
Но для Билла Двера оно ровным счетом ничего не значило.
– БУДЬ Я ПРОКЛЯТ, – сказал он. И шагнул в огонь.
– Библиотекарь, это я! – орал Сдумс в замочную скважину. – Я, Ветром Сдумс!
Он снова забарабанил в дверь.
– Почему же он не отвечает?
– Не знаю, – ответил голос за его спиной.
– Шлеппель?
– Да, господин Сдумс.
– А почему ты за моей спиной?
– Должен же я за чем-нибудь быть, господин Сдумс. Страшилы всегда за чем-нибудь прячутся.
– Библиотекарь! – снова заорал Сдумс и принялся барабанить в дверь.
– У-ук.
– Почему ты меня не впускаешь?
– У-ук.
– Мне нужно кое-что посмотреть.
– У-ук у-ук!
– Ну да, конечно. Ну и что с того?
– У-ук!
– Но это нечестно!
– Что он говорит, господин Сдумс?
– Не хочет меня впускать, потому что я мертвый!
– Обычная история. Именно об этом постоянно твердит Редж Башмак.
– А еще кто-нибудь разбирается в вопросах жизненной силы?
– Ну, остается госпожа Торт. Правда, она несколько странноватая.
– А кто такая госпожа Торт? – Но потом до него дошел смысл последней фразы. – Странная? И это говоришь ты, страшила?
– Вы никогда не слышали о госпоже Торт?
– Никогда.
– Полагаю, ее не слишком интересует магия… В любом случае, господин Башмак говорит, что мы просто обязаны серьезно с ней побеседовать. А еще он говорит, что она эксплуатирует мертвых.