Миссис Драммонд-Буррел в ответ лишь слегка пожала плечами и холодно произнесла:
– Дикарка ! Терпеть не могу провинциалок!
К несчастью для мисс Тэвернер, такое мнение о ней высказал еще один человек. С утренним визитом явился на Брук-стрит мистер Джон Миллз, которого все звали Мозаичный денди. После своего посещения Тэвернеров он по всему городу стал говорить, что для новой красавицы лучше всего подошло бы имя Молочница. Джудит его манеры очень не понравились: он был напыщенный, говорил с большим самомнением. К тому же его тон был настолько снисходительным, что Джудит была вынуждена дать ему резкий отпор.
Миссис Скэттергуд согласилась, что Джудит поступила справедливо, но, тем не менее, забеспокоилась:
– Мне это создание совсем не нравится. Я думаю, другим тоже. Брюммель его просто ненавидит, я точно знаю. Но ведь нельзя отрицать, что у него очень болтливый язык и он может навлечь беду. Я только надеюсь, что он не станет портить вам репутацию.
Однако прозвище, которое мистер Миллз дал Джудит, было достаточно хлестким, и его подхватило все модное общество. Мистер Миллз заявил, что восхищаться такой провинциалкой может только джентльмен, лишенный всякого вкуса. Очень многие, до этого колебавшиеся, одобрять или осуждать Джудит (ее откровенность и решительность были для всех в новинку, их прощали лишь людям своего круга), теперь сразу же заявили, что она дерзкая и самоуверенная. Некоторые ее оговаривали. Толпа ее возможных обожателей начала редеть, а некоторые дамы – поклонницы моды – стали ее избегать.
Это прозвище не могло миновать ушей Джудит. Она пришла в ярость. Невозможно было вынести, что какой-то денди может настроить общественное мнение против нее. Когда Джудит поняла, насколько велик нанесенный ей сим джентльменом урон, она не заплакала и не впала в уныние. Наоборот, преисполнилась решимости вести войну. Нет, она не станет менять свое поведение, чтобы угодить вкусам какого-то повесы. Скорее, она заставит общество принять ее такой, какая она есть, наперекор им всем, включая самого Брюммеля.
Джудит была именно в таком опасном настроении, когда вместе с братом и миссис Скэттергуд отправилась в первый раз к Альмаку.
Леди Джерси, верная своему личному мнению, не моргнув глазом, выразила неодобрение такому отношению к Джудит прямо в лицо миссис Драммонд-Буррел. Она послала собственноручное ручательство: теперь самая заветная дверь в Общество была для мисс Тэвернер открыта. А уж остальное, как назидательно сказала мисс Скэттергуд, надлежит сделать самой Джудит. Дверь-то еще может и закрыться.