– Независимо. Я свое слово держу; цел будет ваш секрет. Вот разве что меня допросят с пристрастием.
– Лоренцо, я прекрасно знаю, что делает с человеком неодексокаин. Невозможного мы с вас не спросим.
– Дэк, – торопливо встрял Дюбуа, – погоди. Надо хотя бы…
– Заткнись, Джок. Не люблю галдежа над ухом. Так вот, Лоренцо, для вас есть работа – как раз по части перевоплощений. И перевоплощение должно быть такое, чтоб никто – ни одна живая душа не смогла подкопаться. Вы это сможете?
Я сдвинул брови:
– Не понял – смогу или захочу? Вам, собственно, для чего?
– В курс дела введем вас позже. В двух словах – нам нужен дублер для одного весьма популярного человека. Загвоздка в том, что надо обмануть даже тех, кто его знает близко. А это немного сложнее, чем принимать парад с трибуны или вручать медали скаутам.
Он пристально посмотрел мне в глаза.
– Тут должен быть настоящий мастер, Лоренцо.
– Нет, – тотчас ответил я.
– Вот тебе раз… Вы же еще ничего толком не знаете! Если вас мучает совесть, так могу вас успокоить: тому, кого вы сыграете, вреда от этого никакого. И ничьих законных интересов не ущемляет. Мы вынуждены его подменять.
– Нет.
– Но, почему, черт возьми?! Вы даже не представляете, сколько мы можем вам заплатить!
– Не в деньгах дело, – твердо отвечал я. – Я актер. А не дублер.
– Ничего не понимаю! Туча актеров кормится тем, что копирует знаменитостей!
– Ну, это – шлюхи, а не актеры. Я так не хочу. Кто уважает людей, пишущих за других книги? Или художников, позволяющих другому подписаться под своей работой ради денег? В вас нет творческой жилки. Чтобы было понятней, вот вам такой пример: стали бы вы – из-за денег – принимать управление кораблем, пока кто-то другой гуляет в вашей форме по палубе и, ни бельмеса в вашем деле не смысля, называется пилотом экстра-класса? Стали бы?
– А за сколько? – фыркнул Дюбуа.
Бродбент метнул в него молнию из-под бровей.
– Да, похоже, я вас понимаю.
– Для артиста, сэр, первым делом – признание. А деньги – так… Подручный материал.
– Уф-ф! Ладно. Ради денег вы за это браться не хотите. Что касается признания… Если, скажем, вы убедитесь, что никто кроме вас тут не справится?
– Может быть. Хотя трудновато вообразить подобные обстоятельства.
– Зачем воображать. Мы сами все объясним.
Дюбуа взвился с дивана:
– Погоди, Дэк! Ты что, хочешь…
– Сиди, Джок! Он должен знать.
– Не сейчас и не здесь! И ты никакого права не имеешь подставлять всех из-за него! Ты еще не знаешь, что он за птица.
– Ну, это – допустимый риск.
Бродбент повернулся ко мне. Дюбуа сцапал его за плечо и развернул обратно: