Был ли в ее голосе намек на подозрение? Нет, скорее всего это его фантазии. Надо постараться, чтобы ответ прозвучал как можно убедительнее.
О, разумеется! Джек.
— Видите ли, я иногда помогал Джеку, когда тот занимался на подготовительном медицинском курсе. С фотографиями, отчетными работами и прочими делами. Он собирался стать врачом.
— Меня это не удивляет. Мистер Круз очень умный человек и прекрасный специалист в различных областях медицины.
Ему ужасно захотелось снять поцелуем маленькую складочку у нее между бровей. Господи, как она хороша! Остин откашлялся и постарался повернуть мозги к недавнему предмету разговора. Что это было? А, как и почему он стал интересоваться проблемой беременности.
— Во всяком случае, я полагаю, что у меня многое застряло в голове. Например, вам полезно смеяться.
— Правда?
— Да. И нельзя волноваться. И надо есть самую разнообразную пищу. Думаю, нам с вами стоило бы сегодня вечером отведать пиццу. Я угощаю. В моем обиталище — то есть в вашем, если быть точным, — над гаражом.
Сердце у него колотилось очень сильно, пока он ждал ее ответа на свое смелое приглашение. Она просто мучила его, неторопливо облизывая губы.
— Миссис Мерриуэзер…
— Эта женщина никогда не спит? — шепотом спросил Остин, не сводя взгляда с ее губ. Им не нужна помада. Соблазнительные губы. Созданные для поцелуев. — Вы не можете улизнуть?
Только они вдвоем. Заговорщики. Какой же он грязный пес.
Ладно, черт побери, побуждения у него самые чистые. Он хотел поближе узнать мать своего ребенка и хотел, чтобы она была здоровой.
Кэндис выглядела очень взвинченной, но это неудивительно. Любой человек с ее проблемами испытывал бы стрессы. Он всего лишь хотел ей помочь. Что в этом плохого? Тогда почему он говорит шепотом и оглядывается на дверь?
— Ладно.
Остин широко раскрыл глаза.
— Вы согласны? Придете?
Она улыбнулась. Это была прекрасная, обаятельная улыбка, и сердце Остина растаяло. Чертов Джек.
— Почему же нет? Ведь я могу довериться вам, правда?
Какой отвратительный, гнусный пошляк…
— Мистер Хайд? — Нотка неуверенности прозвучала в ее голосе. — Могу я?..
— Конечно, разумеется. — Его собственная улыбка была вымученной и фальшивой. — Ведь я безопасен, не так ли?
Почти так же безопасен, как Джек со своими анализами.
Остин встал, надеясь, что выглядит не таким виноватым, каким себя чувствует.
— Пойду проверю кое-что, не помню, закрыл ли я воду под раковиной.
В ответ на ее удивленный взгляд он начал было объяснять, что чинил кран, но тут до их ушей донеслось разгневанное ворчание миссис Мерриуэзер. Голос ее звучал все громче по мере того, как она приближалась.