Завтра… А послезавтра пятница.
Этой ночью я спал спокойно. Так спокойно я не спал с тех пор, как переехал к Биччи.
Утром я направился на виллу.
Поднимаясь по ступеням, увидел на веранде сестру Флеминг. Мне показалось, что она улыбается.
– Синьора Фанчини нужно сегодня переносить в кресло?
– Да, да. Он прекрасно провел ночь, ему намного лучше. Доктор Перелли сказал, что хочет повезти его в Реджини-Палас для смены обстановки, когда я вернусь с уик-энда.
– Когда вы уезжаете, сестра?
– Завтра утром.
Я был удивлен резким улучшением состояния Бруно. Он должен был понимать, что с отъездом сестры Флеминг жизнь Валерии будет в опасности. Напрашивалось только одно объяснение: Лаура сумела убедить Бруно не верить во все сказанное ею, что она была в тот вечер не в настроении, что у нее в мыслях не было намерения вредить Валерии. Значит, она была у него. Но я был уверен, что у нее не было удобного случая поговорить с ним наедине.
– Синьора Фанчини заходила к синьору Фанчини после того, как ему стало хуже? – осторожно спросил я.
– Да, на несколько минут в среду. Я выходила гулять в сад. – Сестра Флеминг повернулась и внимательно посмотрела на меня. – А почему вы спрашиваете?
– Я подумал, что вы были бы рады получить небольшой отдых. Я понимаю, что вам тяжело сидеть в доме в такие прекрасные дни.
– Многим приходится делать то. Что им не нравится, – заявила она с апломбом. – Идите в дом, синьор Дэвид, я не собираюсь сплетничать с вами! Уверена, синьор Фанчини с нетерпением ждет, когда вы вывезете его на веранду!
Вот здесь и кроется ответ, подумал я, идя по веранде. Лаура поняла, что, пока состояние Бруно не улучшится, сестра Флеминг не оставит его и ее план может рухнуть. Она сумела убедить Бруно, что все сказанное ею не правда, и Бруно ей поверил. Неужели он считает, что ему больше не о чем беспокоиться!
Я вошел в комнату. Бруно посмотрел на меня. Под его глазами все еще были круги, но в глазах не было испуга. Я наклонился, чтобы поднять его, и не увидел, что он хочет отшатнуться от меня. Да, видимо, Лаура убедила его, что и вся история обо мне тоже не правда!
Опустив Бруно в кресло, я сказал:
– Очень рад, синьор, что вам сегодня лучше! Надеюсь, ваши дела идут на поправку!
– Спасибо, Чизхольм, – раздался за моей спиной голос сестры Флеминг. – Что это вы с утра так разговорчивы! Теперь выйдите, мне нужно умыть пациента.
Я улыбнулся Бруно, но на душе у меня было тревожно. Его взгляд, хотя и не был враждебен, но и не был дружелюбным. Похоже, он не вполне был уверен во мне или что-то во мне вызывало у него замешательство.