Но все молчали. Молчал и я. Меня как громом поразило! И мне еще подумалось: ну, вот...
Но тут встал Аудолф и бодрым, громким голосом сказал:
- Сказать по правде, Гьюр опередил меня, ибо я и сам уже было собрался начать тяжбу в защиту чести Винна. Однако делать теперь нечего, и я вынужден признать твое, Гьюр, первенство, а вместе с ним и все те безусловные выгоды, которые сулит это дело. Итак... Гьюр прав! Ты, Айгаслав, своим рассказом не только запятнал имя славного Винна, но также вознамерился разрушить нашу веру в то, что после жизни здесь, на прискорбной земле, самые храбрые из нас переходят в другую, бессмертную жизнь, полную битв и довольств. Можешь ли ты представить нам трех свидетелей, которые подтвердили бы правдивость твоих слов?
- Нет, не могу, - ответил я.
- Тогда почему мы должны тебе верить?
- Потому что, клянусь Великим Хрт, я не приучен лгать!
- Но Хрт для нас никто. Я требую свидетелей!
- Но их у меня нет! И быть не может! Ты же понимаешь!..
- Так, хорошо! - и Аудолф, обратившись к собравшимся, спросил: - Все слышали?
- Хей! - закричали все. - Хей! Хей!
- Итак, - продолжил Аудолф, - все слышали, что ярл Айгаслав отказывается представлять свидетелей и, таким образом, косвенно признает лживость своих слов. А посему я объявляю его рассказ несостоятельным, а самого его, как пытавшегося оскорбить Великого Винна и память наших славных предков, я объявляю вне закона!
- Хей! - снова закричали все. - Хей! Хей!
А Аудолф:
- А посему! Во-первых! Все виры, которые мы должны были ему выплатить, считаются необязательными к платежу! А во-вторых! Он, как объявленный...
Но Гьюр не стал его дослушивать, а подскочил ко мне, поднял меч...
- Нет! - сказал Аудолф, - еще не время. У Айгаслава есть еще три дня, в течение которых он имеет право беспрепятственно покинуть нашу страну, и только после этого ты, Гьюр, как правый в этой тяжбе, вступишь во владение Счастливым Фьордом со всей его землей, постройками, добром, а также долгами и обязательствами - как прямыми, так равно и встречными.
- А Сюьгред? - спросил Гьюр.
- Жена принадлежит мужу до той поры, пока муж жив. Вот если ты убьешь его...
Тут вскочил я и тоже поднял меч...
- Нет-нет! - воскликнул Аудолф. - Объявленный вне закона не имеет права защищаться, иначе вне закона будут объявлены все его ближайшие и близкие родственники, а также домочадцы и рабы. Но до этого, конечно же, дело не дойдет, так как у тебя есть еще целых три дня, Айгаслав, за которые ты, как я думаю, вполне успеешь покинуть нашу страну. Ну а пока что я благодарю тебя за теплый прием и обильное и сытное угощение. Прощай, ярл Айгаслав! Надеюсь, больше мы не встретимся! - и с этими словами Аудолф встал из-за стола и вышел из землянки.