Уличный шум оглушил его. Витас совершенно одичал в своем заточении. Теперь он чувствовал себя неуверенно. Шел, сторонясь каждого полицейского, держась поближе к стенам и подворотням. Он даже начал сутулиться, чтобы стать незаметней. Страх его парализовал, он даже пожалел, что ушел от Клер. Теперь нужно было найти хоть какое-то убежище. Гостиницы были для него недоступны. У него нет ни документов, ни достаточной суммы денег, чтобы прожить недели две. Витас очень надеялся, что за две недели о нем забудут. Оставалась надежда на его прежних знакомых. Слава богу, уходя из деревенского дома Николя, мальчишка по привычке сунул в карман записную книжку. И теперь он решил ею воспользоваться.
Витас вошел в первое попавшееся кафе, заказал чашку кофе с шоколадкой. Наспех выпил ее, все время пригибаясь к столику, чтобы привлекать меньше внимания. Потом встал, расплатился испросил официанта, где телефон. Тот провел его в полуподвальное помещение, неподалеку от туалета.
Только оказавшись под защитой плексигласовой будки, Витас перевел дух. Его то и дело прошибало потом от страха. Он раскрыл книжку и просмотрел все имена. Очень трудно было решиться, кому позвонить. Возможно, все эти люди уже видели его снимок в газетах, уже знают, что его ищут. Витас набрал один номер и замер в ожидании. Ему ответил женский голос, и он тут же повесил трубку. Второй номер откликнулся только автоответчиком, который просил оставить сообщение. Витас и тут не стал разговаривать. Только четвертая попытка удалась. Он услышал молодой, веселый мужской голос. До него донеслась смутная музыка, какие-то крики. Видимо, в квартире была вечеринка. Это играло Витасу на руку. Среди шумного сборища его не заметят. Он попросил к телефону хозяина квартиры – пожилого, очень развязного грека, владельца нескольких винных магазинов в хорошем районе. Но хозяин, видимо, не понял, с кем говорит. Витас путано объяснялся, напоминал о себе, в конце концов сорвался и стал настойчиво повторять, что сейчас приедет. Грек выругал его и бросил трубку.
У Витаса горели щеки. «Никому я не нужен… – Он прислонился к стенке кабины и прикрыл глаза. – Бесполезно кому-то звонить. Бесполезно и опасно… Надо сейчас же вернуться к Клер. Отдать ей эти паршивые деньги, все равно хватит ненадолго! Попросить прощения… Нет, только не к ней! Я умру со скуки. С Николя было совсем неплохо. Если бы не эта проклятая газета! Я бы прожил там, сколько хотел…»
У него мелькнула трусливая мысль. Пойти в полицию, сдаться, сказать, что его держали в том особняке насильно. Но он вспомнил о Сергее и отказался от этого плана. Во всем городе остался единственный человек, к которому он чувствовал какое-то доверие. Это была Валентина Семеновна. Она одна никогда и ничего не требовала от Витаса, ничем ему не угрожала. Конечно, она знала, что его ищут. Не могла не знать – ведь она читала все газеты, и к ней обязательно должна была прийти полиция. Ведь Витас был там зарегистрирован. Но больше обратиться было не к кому. Он набрал номер старухи.