Нефрет от неожиданности выронила арфу. Смельчак, едва проснувшись, вскочил и бросился к хозяину.
Верный павиан, выпятив грудь, крепко держал в окровавленных лапах бумеранг и гордо смотрел на визиря Египта, которого в очередной раз спас от смерти.
Поглотитель теней в смятении бежал по переулку. Какие силы помогают этому проклятому павиану? Впервые за свою жизнь поглотитель теней начал сомневаться в своих способностях. Пазаир не такой, как все: его защищают сверхъестественные силы. Неужели богиня справедливости Маат делала визиря неуязвимым?
Нефрет лечила зверя, спасшего жизнь ее мужу. Она обмыла ему лапы медной водой, продезинфицировала и перевязала рану. Крепость Убийцы в очередной раз поразила ее: несмотря на силу удара, рана была неглубокой и быстро зарубцовывалась.
– Отличное оружие, – оценил Кем бумеранг. – Возможно, оно позволит нам ухватиться за ниточку. Поглотитель теней был весьма щедр, оставив нам важную улику. Жаль, что вы его не видели.
– Я даже не успел испугаться, – признался Пазаир. – Если бы Проказница не вскрикнула...
Зеленая обезьянка осмелилась подойти к огромному павиану и потрогать его за нос. Убийца не противился. Тогда Проказница положила свою миниатюрную лапку на бедро огромного самца. Его взгляд, казалось, смягчился.
– Я вдвое расширю полосу безопасности вокруг вашего дома, – заявил начальник стражи. – И сам опрошу торговцев бумерангами. Наконец-то у нас появилась надежда найти преступника.
* * *
Между госпожой Силкет и Бел-Траном произошла ссора. Бел-Тран очень трепетно относился к сыну, своему наследнику, но все же хозяином в доме хотел оставаться сам. Жена отказывалась наказывать мальчишку, а уж тем более дочь, спокойно принимая ее ложь и грубость.
Считая упреки мужа несправедливыми, госпожа Силкет пришла в дикую ярость. Утратив всякий контроль над собой, она разбила великолепный ларец, порвала дорогие ткани, растоптала роскошные платья. Уходя на службу, Бел-Тран произнес страшные слова: «Ты безумна».
Безумие... Слово пугало. Разве она не являлась нормальной любящей женщиной, рабой богатого человека, нежной матерью? Она присоединилась к заговорщикам, доверившись Бел-Трану, и, подчиняясь ему, появилась совершенно обнаженной перед старшим стражником у сфинкса, заставив того утратить бдительность. Скоро они с Бел-Траном будут царствовать в Египте.
Но темные видения наведывались к ней. Позволив поглотителю теней изнасиловать ее, женщина погрузилась во мрак, который не рассеивался. Преступления, соучастницей которых она стала, мучили ее меньше, чем эта измена, источник смутного наслаждения. А разрыв с Нефрет... Не было ли желание оставаться её подругой безумием, ложью, извращением?