– Или она притормозит, или я кончу.
Руки Натэниела сжались у меня на пояснице, он сел повыше, одновременно изменив положение моих бедер. Как будто ждал, чтобы это сделать.
От этого мои ноги поднялись выше по его спине, таз у меня оказался под углом больше сорока градусов, и следующий его толчок заставил меня вскрикнуть с Джейсоном во рту:
– Бог мой, Натэниел, прекрати, или я…
Он толкнул еще два, три раза, с каждым словом:
– Только… чуть… больше!
И довел меня до оргазма, до крика с вбивающимся в меня Джейсоном, с ногтями, вцепившимися Джейсону в спину. Тот еще раз изо всех сил вошел мне в горло, и я почувствовала, как он брызнул, горячо и слишком уж низко, чтобы почувствовать еще и густоту. Я ощутила только жар и спазмы его у меня в глотке.
И миг спустя Натэниел вошел так же глубоко и сильно между ног. Я заорала в момент, когда глотала Джейсона – так что пришлось присосаться крепче, чтобы не захлебнуться.
Джейсон вскрикнул, дернулся всем телом, его ноги вцепились мне в спину. Он кричал, выкрикивал мое имя, и ardeur наконец стал насыщаться. Я пила их обоих, прилив энергии напряг тела, кричали мы все, и Натэниел вбился в меня еще раз, и снова заставил кончить. Джейсона снова содрогнулся у меня в горле, он пролился внутрь, и секунду назад я старалась не захлебнуться и подавить рвотный рефлекс, а сейчас меня несло на волне ardeur'а, и я пила Джейсона так, будто именно этого и хотела. Пила обоих, маленькими глотками отпивала везде, где касалась их кожи; но в глотке, но между ног – это была пища. Именно то, что мне нужно, именно так, как нужно. Может быть, пищи хватало бы на дольше, если бы эти двое не были так связаны с нами метафизически, но я никого не любила из тех, кто с нами не связан. Да, приходится питаться чаще. Ну и что?
Мы оказались на полу машины, Джейсон внизу, я в середине и сверху Натэниел. Будто последний оргазм стащил нас вниз.
– Ух ты! – выдохнул Джейсон.
– Ага, – сказала я.
Натэниел засмеялся, низко и чуть неровно.
– Я люблю тебя, Анита, – сказал он.
– И я тебя, – ответила я.
Сердце Джейсона стучало мне в спину.
– Кажется, я здесь лишний, – сказал он из-под меня.
Натэниел даже головы не поднял, даже глаз не открыл.
– Я тебя тоже люблю, иначе бы мне не в радость было бы так делиться с тобой.
Я сумела выгнуться так, чтобы заглянуть Джейсону в лицо:
– И я тебя люблю, Джейсон. Ты наш очень дорогой друг.
– Я думал, что я для всех просто приятель по койке.
Я свернулась у него на груди, Натэниел подполз и вклинился между нами.
– Такого хорошего друга у меня никогда не было.