Десант на Сатурн, или Триста лет одиночества (Веров, Минаков) - страница 10

Лиз невольно с уважением посмотрела на него.

– Есть такая детская присказка, – задумчиво сказала она, погладив верблюда по изогнутой бронзовой шее. – У верблюда два горба…

– Потому что жизнь борьба, – радостно подхватил Виг. – Никогда не понимал этого. Разве жизнь – борьба? Хотя, наверное, раньше…

– Да уж, – сказала девушка. – Можешь думать, что «два горба» – это гипербола…

Обогнув горделиво смотрящего вперед дромадера, они пошли дальше, к основной композиции Мемориала. Массивная, широкая в основании и сужающаяся к концу плита рассекала груду камней, стилизованную под руины какого-то древнего здания, постепенно поднимаясь вверх. Там, наверху, стоял человек с узкой рейкой в руке, а здесь, у основания, другой – всматривающийся в какой-то прибор на треноге. В мягком свете подступающих сумерек бронзовые фигуры казались живыми. Особенно скульптура, которую они поначалу не заметили. Девушка будто только что вышла из степи, да так и замерла, пораженная увиденным. Последние искорки солнца горели в ее раскосых глазах.

– Это памятник первым строителям магистрали, – тихо пояснил всезнающий Виг. – Тогда еще не было телепортов, и передвигаться приходилось только в реальном пространстве. Люди ездили на огромных колесных машинах, в которых из органики было лишь топливо, а остальное – сплошной металл и немного пластика. А еще наши предки летали, и по воздуху и в космосе. – Виг мечтательно вздохнул и добавил: – Я очень хочу полететь в космос, Лиз.

Лиз эта его откровенность почему-то не понравилась.

– Сейчас вот доберемся до Узла, – пробурчала она, – оттуда и отправишься куда душе угодно, хоть в Австралию к одногорбым верблюдам, хоть на Луну…

Видимо, почувствовав перемену в ее настроении, овощ-всезнайка не стал спорить. Уже больше ни на что не засматриваясь, они вернулись к онокену.


На багряно-пепельном полотнище догорающего заката Узел выглядел как припавшая к земле туча, пронизываемая всполохами разноцветных молний. Оставалось не более десятка километров, но путь к Узлу лежал в стороне от трассы, в чистом поле, и Лиз сбавила ход. На этой кочковатой равнине приходилось передвигаться зигзагами, щадя сусличьи норы. Все равно жесткий антиграв онокена вырывал траву клочьями, нарушая экологическое равновесие местного биота. Лиз теперь следила не только за «дорогой», но и за небом, где обыкновенные с виду степные орлы вполне могли оказаться беспощадными чернокрылыми эриниями. По опыту она знала, что от этих птичек так просто не уйти, тем более со способным овощем за плечами.

«Рассказать ребятам – засмеют, – с горечью думала Лиз. – Особенно будет стараться Бен, возомнивший себя Хирургом… Тоже мне, великий рассекатель защитных сетей».