Летопись безумных дней (Малиновская) - страница 97

Я поперхнулась. Жутко захотелось вновь поднять восстание по всей империи. И, заполучив всю полноту власти, вдоволь поиздеваться над доморощенными экспериментаторами. Отомстить за историческую родину, так сказать. А этот во всех смыслах нехороший человек тем временем продолжал:

– Конечно, у вас там и кроме гоблинов полно нечисти обитает. Среди волшебных существ ведь тоже преступников хватает. Чаще всего я не вмешиваюсь в процесс наказания. Главы родов сами справляются. Однако, если преступления затрагивают людей или направлены против императорской власти, приходится вмешаться Управлению. Иногда и до ссылок дело доходит.

– Подожди, – вяло запротестовала я. – Как может волшебное существо выжить в мире, лишенном магии?

– Хороший вопрос, – кивнул маг. – Как оказалось, выживают, и еще как. Ищут себе альтернативные источники пропитания. Кто-то переходит на электричество. Чем тебе не магия? Например, подъездные, бывшие домовые. Мимикрируют под лампочку – и висят, энергию пьют. А что в подъезде тьма кромешная, их уже и не касается. Но эти еще относительно безобидные. Абсолютное большинство нечисти таких сложностей не любит. Человеческой силой питаться намного удобнее. Вот они и трутся там, где людей побольше. А часто сами толпы и создают. Например, больничные, выгнанные из гильдии за профнепригодность целители. Сядут в уголочке – и давай байками стращать. Тут и у совершенно здорового человека болячки заведутся. Магазинные, из рода гномов-торговцев, очереди создают. Да мало ли кто еще. Всех разве упомнишь?

– Эх, знали бы у меня на родине, кому обязаны своими мучениями, – мечтательно произнесла я.

– И что произошло бы? – скептически поинтересовался Мердок. – Массовое пожелание мне смерти? У меня столько могущественных врагов здесь, что несколько миллиардов потенциальных убийц там, откуда выбраться практически невозможно, роли не играют. И мне твоих бывших соотечественников ничуть не жалко. В Запретный мир за банальное воровство не попадешь. Тут надо быть гением злодейства. Будь моя воля, я бы такими шалостями не ограничился. Спасибо Милорну за его великодушие. Так что не волнуйся, Элиза. Общественного транспорта, к которому ты привыкла, у нас нет.

– А что есть? – ядовито спросила я. – Упряжка, запряженная рабами?

– Скоро увидишь, – пообещал мат. – Я попросил императора прислать нам транспорт. Конечно, можно было бы и пешочком прогуляться, но идти через весь город с тобой, бренчащей кандалами, кажется мне не слишком привлекательным.

– Какая жалость! – фальшиво воскликнула я. – А я так надеялась, что вынужденные продолжительные прогулки пойдут на пользу моей фигуре. Худеть-то надо когда-нибудь начинать, а то ведь надорвешься ненароком, таская меня через телепорт.