– Крутой парнишка, – прочитав справку и внимательно всматриваясь в фотографию, сказал я. – Такому палец в рот не клади!.. Е-мое!!! До чего на Аслана похож!!! Рост, сложение, цвет волос…
– Вот-вот! – улыбнулся полковник. – Исключительно похож. Надеюсь, Коновалову не составит большого труда поменять их мордочки на пленке с записью казни «без вести пропавших». И пускай тогда тейпы Халиловых и Рашидовых объявляют Аюбовым кровную месть. То-то смеху будет! Полагаю, в конце концов от них от всех мало чего останется! Это вам не двух шестерок на части порвать, за которых и заступиться-то некому!
– Кстати, что за странное сочетание – Юнус Тимошенко? – вдруг вспомнил я. – У нохчи, да славянская фамилия.
– А он и есть славянин. Вернее, был, – поморщился Рябов. – Уроженец Львовской области Виктор Тимошенко, активный член УНА-УНСО[2], в 1994—1996 годах воевал в Чечне на стороне мятежников, принял ислам и превратился из Виктора в Юнуса. Собственноручно убил не менее десятка русских пленных. После Хасавюрта след христопродавца надолго затерялся и обнаружился лишь в донесении Эмира. Второй замученный охранник – татарин по национальности. Потому наши мстители и не сочли нужным церемониться. Н-да-а. А теперь, Корсаков, давай обмозгуем этапы предстоящей операции под условным названием «Кровная месть»…
* * *
В качестве первого шага мы решили припрятать понадежнее нашего пугливого Эмира и, предварительно предупредив Ваху, объявили его в федеральный розыск. В тот же день по городу расклеили корявые фотороботы Асланова со следующим текстом внизу: «Такой-то такой-то подозревается в покушении на жизнь сотрудника правоохранительных органов. Гражданам, знающим о его местонахождении, звонить по телефонам… Крупное денежное вознаграждение гарантируется».
Таким образом мы:
1. Малость приподнимали Ваху в глазах соплеменников.
2. Давали ему возможность (не вызывая подозрений диаспоры) вовсе не показываться на людях. И отсиживаться в укромном местечке на окраине Н-ска с липовым паспортом в кармане. (Паспорт предоставил, естественно, Рябов.)
Второй этап заключался в создании компромата-подделки. Отправляясь на встречу с Коноваловым, я в придачу к подлинной пленке захватил не только фотографию Шамиля Аюбова, но также трофейную видеокассету. На ней означенный джигит с геройским видом творил разнообразные мерзости: заживо отрезал головы нашим пленным, гнусно лыбясь, мочился на агонизирующие тела, собственноручно вешал какую-то чеченскую женщину «за пособничество оккупантам» и т. д. и т. п. При этом я преследовал сразу две цели: дать Компьютерщику побольше различных ракурсов для улучшения качества работы и пресечь на корню возможную жалость к будущей жертве фальсификации. Не знаю как насчет первого (тут я не особо разбираюсь), но во втором случае кассета пришлась очень кстати!