Любое помещение делилось на две части – в одной высокий потолок, в другой очень низкий. В одной сохранились мозаики, роспись, барельефы и каменные цветы. В другой на покрытых копотью стенах имелись вмурованные кольца, а на полу – высеченные в камне канавки. Все это было завалено кучами хлама, горами ржавого железа, пыльными пустыми котлами и гнилыми бочками (мы пробирались, похоже, по свалке-кладовой), но странность этого места все равно бросалась в глаза.
– Проще простого, – вполголоса рассуждал Уйма. – Я, допустим, великий воитель, поймал врага, и что мне с ним делать? В подземелье? Нет, пусть живет рядышком и мучается. И при этом пусть смотрит, как мне хорошо. А я буду смотреть, как ему плохо. Вот это я понимаю – мудрость.
– А если ты – тот самый враг, которого поймал великий воитель?
Уйма снисходительно усмехнулся:
– Такие враги, как я, не попадаются, девочка… Эй, а где некромант?
Я огляделась. Максимилиан только что был здесь, шел за мной, не отставая ни на шаг, ныл, разминая опухшие руки, сопел, спотыкался и стучал зубами от страха. А теперь его след простыл. Мы с Уймой стояли у подножия винтовой лестницы, на перекрестке нескольких коридоров. Пустые коричневые тоннели вели в темноту.
– Упустили, – сказал Уйма. – Жди теперь беды.
Я поводила посохом, как антенной. В одном из коридоров таяла, растворяясь, слабая опасность.
Секунда – и нет ее.
– Может, к лучшему? – спросила я с надеждой.
Уйма вперил в меня желтые круглые гляделки. Почесал щетину на подбородке:
– И как ты жива до сих пор, такая доверчивая?
Я насупилась. В голосе людоеда слышалась искренняя печаль.
* * *
Предутренний час – самое время для разбойного нападения.
Военный совет, который мы с Уймой держали неподалеку от покоев Принца-деспота (из норы, где мы затаились, видно было, как сменяется у входа стража), прошел очень быстро и закончился моим полным поражением.
– Значит, постучать? – вопрошал людоед своим страшным свистящим шепотом. – Здрасьте, извините, мы послы из-за Печати?
– Но мы в самом деле…
– Силу он уважает! Силу, и только. Если бы у нас было войско, чтобы штурмовать этот замок, взять его, разграбить и спалить…
– Но у нас ведь нету войска.
– Пошли, – Уйма расправил плечи. – Иди за мной, королевский маг. Если нам погибнуть – мое обещание Гарольду сломается. Придется целую вечность гонять языком соль по желобам.
– Там уже нет никакой соли!
– Это шутка, – Уйма печально вздохнул. – Готовь свой посох, королевский маг. Пойдем к принцу свататься.
* * *
– Доброе утро, Принц-деспот!
Опочивальня принца была обставлена по-солдатски просто – койка, умывальник, табуретка, низкий стол. Стражники лежали за дверями, оглушенные. В руках Уймы пыхтел начальник стражи: людоед приставил к горлу начальника его же собственный длинный нож.