* * *
В квартире семьи Дрягель я оказалась довольно скоро. Как и в первый раз, дверь мне открыла жена адвоката. Сразу же с порога она спросила:
— Ну что, та стервозина виновата оказалась?
Как я поняла, муж поведал ей о нашем с ним разговоре и о том предположении, которое я взялась проверять, иначе с чего бы ей об этом спрашивать? Я коротко ответила:
— Нет. Та женщина не виновата.
— Хм, странно, а я почти уверилась, что это она мстит нам за своего сына-наркомана.
— Ее сына недавно убили, — эти слова сами слетели у меня с губ, но Евдокия даже и не подумала остановиться.
— Так ему и надо, — как будто даже обрадовалась она. — Не будет травить нормальных детей проклятой наркотой. На мой взгляд, — откровенничала она, — таких, как он, еще в детстве подушкой душить нужно. Или сразу приговаривать к смертной казни. Какая жалость, что эту меру наказания отменили.
Я, уже не удивляясь жестокости женщины, спросила:
— Ваш муж дома?
— Почти, — заулыбалась Евдокия. Интересно, это она от одного упоминания о «пупсике» так расцвела?
— Пошел в бильярдную, что в подвале нашего дома находится, — добавила Дрягель. — У него какой-то вопрос к одному из его посетителей возник. Сейчас должен вернуться. А что, он вам снова нужен?
— В общем-то, да, — кивнула я ей. — Возможно, он знает одного человека, который может оказаться причастен к преступлению. Его зовут Виктор Иванников.
— Сомневаюсь, но все же проходите, — пропустила меня в квартиру женщина, своим ответом сразу дав мне понять, что и ей тоже данный человек незнаком.
Я не спеша проследовала за ней до гостиной, в которой сегодня почему-то было шумно. Лишь войдя в нее, я поняла, кто издавал этот шум — прямо перед камином на небольшом коврике сидела маленькая девочка и тыкала пальчиком по игрушечной «ионике», набивая какую-то необычную и понятную лишь ей самой мелодию. Заметив, что я удивленно смотрю на ребенка, Евдокия произнесла:
— Знакомьтесь, эта наша дочь Ксения. — И, обращаясь к девочке, мама попросила: — Ксюша, поздоровайся, пожалуйста, с тетей.
Девочка послушно повернулась к нам, окинула меня с ног до головы большими и невероятно голубыми глазами и тихо произнесла:
— Здравствуйте.
Я улыбнулась ей в ответ, подумав, что ребенок — просто чудо, и Евдокия может гордиться такой дочерью. Но молодая мамаша была, видимо, другого мнения.
— Иди в комнату и не мешай нам, — приказным тоном сказала она.
Малышка не возразила ей, встала, подхватив на руки игрушку, и удалилась. А Евдокия важно прошествовала к столу, села на один из стульев и со вздохом заметила: