— Ничего страшного, — сказал Володя. — Главное, что мы живы.
Мой ожог всю дорогу не давал мне покоя. Я стойко терпела боль, которая не желала стихать. Я мечтала только об одном — добраться до дома.
— Я предлагаю сходить в травмпункт. Окажут квалифицированную медицинскую помощь, — посоветовал Володя.
Я задумалась. Не хотелось тратить время на посещение больницы. Тем не менее Володя был прав.
* * *
— Как же вы, девушка, умудрились так обжечься? — подозрительно вопрошал дежурный врач, бодренький старичок с небольшой лысиной, в роговых старомодных очках.
— Так получилось.
Интересно, что он подумал, увидев мою разодранную блузку с отлетевшими напрочь пуговицами.
Я не хотела рассказывать о жутком испытании, которое выпало на мою долю. Пусть думают что хотят.
Старичок обработал больное место мазью, умело наложил повязку и стал записывать мои данные.
Затем я поблагодарила за помощь и распрощалась с симпатичным врачом.
В коридоре меня ждал Володя.
— Все хорошо?
— Да, спасибо тебе.
— Поедем домой?
— Если проводишь меня, буду весьма признательна.
— Конечно, провожу.
Чтобы доехать до дома, пришлось взять такси. Водитель согласился на ту небольшую сумму, которую мы могли предложить, и довез нас самым коротким путем.
Мы с Володей распрощались у самого подъезда. На всякий случай он тщательно проверил, нет ли чего подозрительного вокруг.
— Все чисто, — весело провозгласил он. — До самой квартиры можно идти спокойно. Дом спит.
Ну и слава Богу.
Прежде чем достать ключи и открыть дверь, я достала карты.
Валет червей.
Валет пик.
Восьмерка пик.
Первые две карты «перевернутые», третья — «прямая».
Снова комбинация с двумя вальтами. Против меня затеваются интриги. Ничего нового я не узнала.
«Прямая» восьмерка пик указывает на то, что вследствие этих интриг меня посетит болезнь или беспокойство. Если я буду осторожна, то их можно будет избежать. Главное — не рисковать.
Я стояла перед дверью своей квартиры и не знала, что предпринять. Заходить в дом или не заходить? Ошибаются карты или желают предупредить меня?
Я осмотрелась. Все как обычно. Ничего подозрительного. На бетонном полу не видно никаких следов. Впрочем, следы — не моя специальность. У Густава Эмара, например, следопыты умеют читать следы даже по гладкой поверхности камня. Они могут рассказать о тебе все по стертому отпечатку. Они находят нужный след спустя годы. Вот это квалификация!
Я не умела делать всего этого. Наверное, положение пылинок, осевших слоем возле моей двери, могло рассказать о многом. Только не мне.
Я стала ругать себя, хотя не была ни в чем виновата. Страх нанес мне такой сильный удар, что я боялась подходить даже к собственной двери.