Вернувшись домой, Джемма почувствовала себя полностью разбитой и опустошенной, все ее мечты разлетелись вдребезги. Впрочем, со стороны ее брата, лорда Гейбриела, было очень любезно отправить их в наемном кебе. У нее вряд ли хватило бы сил добраться до дома пешком. Ноги у нее ослабли, колени дрожали, голова буквально раскалывалась от боли. Такого удара судьбы она не ожидала.
Единственным ее желанием было пройти к себе в комнату и предаться целиком своему горю и отчаянию. А что еще ей оставалось делать?
Однако ее поджидала Луиза, которая, должно быть, услышала, как они вернулись, и вышла в холл, в то время как Джемма развязывала ленты на шляпке и снимала перчатки.
— Что… — начала было Луиза, но, взглянув на Джемму, осеклась. — Лили, отнесите вещи мисс Смит наверх и принесите нам чай в гостиную. Или ты хочешь пройти к себе в спальню? — обратилась она к Джемме.
В голосе Луизы слышалось искреннее участие, а в глазах отражалось неподдельное беспокойство. А ведь у Луизы хватало своих собственных неприятностей, напомнила себе Джемма, хотя и не столь значительных, как у нее самой.
Она должна быть сильной. Нельзя падать духом.
— В гостиной будет удобно, — произнесла Джемма с дрожью в голосе. Луиза сделала вид, будто ничего не заметила; она хранила молчание до тех пор, пока они не прошли в гостиную и она не закрыла двери перед любопытными взорами прислуги. Затем Луиза привлекла Джемму к себе и обняла.
— Что-то не так?
. Участие и сочувствие подруги заставили Джемму разрыдаться.
Наконец она успокоилась и вынула из ридикюля свой еще влажный носовой платок.
— Возьми мой. — Луиза протянула ей платок. — Он чистый.
Джемма взяла у Луизы платок и вытерла слезы.
— Полагаю, мне придется позаимствовать у тебя несколько ломтиков огурцов, — попыталась она пошутить.
Луиза вежливо улыбнулась в ответ на эту милую шутку, хотя вид у нее оставался по-прежнему встревоженным.
— Неужели он отказал? Но как он мог, у тебя же письмо от матери!
— Я надеялась, что он поговорит с матушкой, чтобы проверить все написанное в ее письме, но оказалось, что мама умерла! Она не может ответить ни на его, ни на мои вопросы. — Губы у Джеммы задрожали, но она взяла себя в руки.
Луиза выдохнула:
— О, моя дорогая!
Джемма отвернулась, когда в гостиную вошла Лили, неся чай на подносе. Пока служанка расставляла на столике чашки, чайник и блюдца с пирожными, девушки хранили молчание.