она вызывающе подняла маленький подборок.
– Обычно деловые беседы не ведутся перед ними, – ответила Сара с чуть заметной болью в голосе.
Ее испуганное упорство снова пробудило у него вину, и он сдался.
– Что вас так беспокоит? Она сделала глубокий вдох.
– Картины в большом салоне. От многих я хочу избавиться.
– Тогда сделайте это любым способом. – Он не мог понять, чем вызвано ее настойчивое желание обсудить это именно сейчас. – Там среди полного хлама найдется хотя бы десяток, который достоин внимания.
– Думаю, вам сначала нужно взглянуть на них и…
– Я даю вам, не глядя, разрешение делать с ними что пожелаете. Я арендовал палаццо за достаточно щедрую плату, чтобы владелец беспокоился, потрошу я его или нет. А если вас эта мысль настолько смущает, тогда отправьте все, от чего хотите избавиться, на чердачный этаж дома.
– Я действительно почувствую себя лучше, если вы их осмотрите, сэр, – настойчиво повторила она.
Себастьян вздохнул.
– Сара, чтобы принять решение, мое присутствие не требуется. Я вам доверяю.
– Знаю, – ответила Сара, но с места не сдвинулась, хотя плечи у нее чуть сгорбились.
Он потер лоб, сознавая, что не может ее прогнать, не чувствуя себя зверем.
– Сара, вас беспокоят не картины. О чем вы действительно хотите поговорить?
Она слегка выпрямилась.
– Почему я здесь?
– Вы здесь потому, что это нравится мне… и на столько, пока мне это нравится.
– Я не то имею в виду. Я хотела бы знать, почему все это случилось? Почему вы так ненавидите мистера де Лента? – Взгляд твердый, маленький рот сжался в решительную линию.
– Ненависть здесь ни при чем, – ответил Себастьян. «Не слишком ли поспешно?» – бесстрастно отозвался его внутренний голос.
– Тогда что? Себастьян нахмурился.
– Справедливость. И мщение.
– Поскольку я наказана за его грехи, вам не кажется, что я имею право знать, в чем они состоят? Я спрашиваю не из пустого любопытства, вам это известно.
Себастьян провел рукой по волосам. Он не хотел говорить об этом. По крайней мере сейчас, когда были еще свежи воспоминания о разговоре с де Лентом. Не в присутствии Джана, слушавшего их с плохо скрываемым удивлением на мальчишеском лице. И даже не с Сарой. Она и так уже слишком вовлечена в это дело, которое вообще не должно ее касаться. Но Себастьян знал, что ее это не удовлетворит.
– Проходите, – сказал он, указывая на свой кабинет.
Суровое выражение немного смягчилось, и она первой вошла в комнату. Захлопнув дверь, Себастьян повернулся и увидел, что она стоит посреди комнаты, теребя в руках носовой платок.
– Так почему вы на самом деле хотите это знать? – спросил он, надеясь, что говорит спокойно и убедительно.