Чувствуя себя уставшей и опустошенной, я прижалась щекой к его волосам. Теперь я была абсолютно свободной. Никто не знал, где я, никто не мог позвонить мне на мобильник, потому что теперь у меня его не было. Ни Ларри, ни мать, ни Тони Бил не могли побеспокоить меня, тогда как я лежала в постели рядом с человеком, который мне был приятен, и наслаждалась теплом его тела и своей свободой.
Когда начало всходить солнце, я тоже уснула. Неужели я влюбилась? – мелькнуло в моей голове, когда я уже находилась на краю бездонной пропасти небытия.
Открыв глаза, я обнаружила, что Ник смотрит на меня и улыбается. Солнечный свет затопил комнату, где-то на улице шумели дети, лаяла собака, кто-то смеялся…
– Привет, – сказал Ник. – Ты прекрасна, как это утро. Прекрасна?
Мне было отлично известно, как я выгляжу по утрам – престарелая королева экрана со следами многочисленных подтяжек на лице. Лучше бы мне быстро выпрыгнуть из кровати и скрыться в ванной комнате, как в свое время сделал Ник, тогда, после новогодней ночи.
– Уф, – это все, что мне удалось сказать.
– Женщины всегда выражаются однозначно и просто. – Ник усмехнулся и прикоснулся к моей щеке.
Я стремительно закрыла голову руками.
– Не хочу быть похожей на маленькую сиротку Энни!
– А ты и не похожа.
Ник стянул с меня простыню. На мне все еще ничего не было, потому что люди, предполагающие всю ночь заниматься сексом, не надевают на себя пижам.
– Мы можем продолжить наш марафон. – Ник улыбнулся той мягкой улыбкой, от которой у меня начинало теплеть внизу живота. – Пока ты спала, я смотрел на тебя и представлял, что еще мы с тобой могли бы сделать.
– И что же это? – спросила скромная Бренда.
Ник не стал вдаваться в подробности, он просто поднял меня, а затем положил на себя и мы снова любили друг друга, а ослепительное солнце заливало своими лучами белоснежную кровать.
Когда я случайно взглянула на будильник, оказалось, что стрелки уже показывают половину двенадцатого.
Мы, пошатываясь, отправились в ванную комнату и там… Там снова занялись сексом.
В три часа мы наконец спустились вниз, и Ник стал готовить завтрак, или ленч, или, может, что-то еще, что люди обычно едят после многочасового секс-марафона.
Когда Ник пожарил яйца и тосты, мы добавили масло и джем потом достали молоко и сахар.
Без сомнения, Ник умел готовить. У него были всякие лопаточки и венчики для взбивания, а если у мужчины есть такие вещи, то он наверняка умеет пользоваться ими.
– Почему ты до сих пор не женился? – спросила я, слизнув джем с пальца.
Ник перестал жевать и внимательно посмотрел на меня: