Джейк по-звериному зарычал. Протянув дрожащую руку к месту, где соединялись их тела, он дотронулся до самого чувствительного ее уголка. Она застонала, и ее движения стали сильнее и чаще; свободной рукой он придерживал и направлял ее бедра.
Джейк не мог думать ни о чем, кроме сладкого плена, в котором находился, не видел ничего, кроме мягко покачивавшихся грудей; возбуждение его нарастало, хотя казалось, это был предел. Он стиснул зубы, на груди и спине выступил пот.
Наконец стены комнаты потряс громкий крик, означавший, что Джейк уже не мог контролировать себя и упал в пучину сладострастного наслаждения такой глубины, которой ему еще никогда не удавалось достичь. Его пальцы сжали бедра Меган, и она ответила ему вибрирующим криком, сотрясаемая судорогами. Тьма внутри его дала множество трещин, сквозь них наружу хлынули яркие солнечные лучи. Мег охватила его руками и приникла к груди. Обнимая ее за спину, он тяжело дышал, постепенно осознавая свое возвращение с небес на грешную землю.
– Почему нас так трясло? – прошептала она в наступившей тишине.
– Это были не подземные толчки, это пульсировало твое тело, – объяснил он, улыбаясь и медленно поглаживая ее по ягодицам.
– А мне показалось, что произошло землетрясение, и я удивилась, что не обрушились стены, – засмеялась она, утыкаясь носом в его шею.
Джейк в ответ хмыкнул. Он не удивлялся. Просто констатировал, что никогда в жизни не чувствовал такого спокойствия и удовлетворения. И дело было не только в физиологии. Разлившееся по телу тепло расслабило мышцы и, казалось, размягчило кости. Он бы мог так просидеть, не двигаясь, всю ночь, только бы Мег оставалась с ним. Потом она заснула у него на руках. Он щекой терся о ее волосы. Может быть – всего лишь может быть, – теперь он завоюет ее доверие, раз она сама пришла в его объятия. Похоже, Мег не считает его неудачником, бесчестным человеком.
Наконец он взглянул на циферблат. Они были наедине уже почти два часа. Кто-то может прийти сюда. И если слуги застанут их в таком виде…
– Мег, надо просыпаться, – прошептал он.
Она что-то недовольно пробормотала. Джейку пришлось собрать всю силу воли, чтобы отнять от своей груди ее мягкое и теплое, как у котенка, тело. Она медленно подняла длинные ресницы и взглянула на него.
– Пора вставать, глупышка, – настаивал он, стараясь звуком своего голоса разрушить чары, под действием которых они все еще находились. – Нам нельзя оставаться в таком виде.
Она согласно кивнула, С неохотой они разомкнули объятия. Джейк поднялся и помог Мег одеться и уложить волосы. Потом взял ее на руки и понес к дверям, прижимаясь лбом к ее лбу.