— И это все, Мери? — Джек встал и, обогнув круглый стол, сел на диван рядом с ней. — Давай все расставим по местам и больше никогда к этому не будем возвращаться. Выскажись начистоту — все, что ты хотела мне сказать все эти пять лет, — накричи на меня, если хочешь. А хочешь — поговорим о том последнем дне, дне нашей так называемой свадьбы? — Мысленно он молился, чтобы она отказалась. Потому что не был готов рассказать ей все, сомневаясь, что вообще когда-нибудь будет готов.
— Не думаю. — Мери покачала головой. — И… и как я уже сказала, я понимаю, почему тебе пришлось уехать. Я могла бы тебя просто убить за то, что ты не возвращался так долго, но я понимаю, почему тебе надо было уехать. Правда. Только…
Джек вздохнул с облегчением: ему дарована отсрочка.
— Мне кажется, я начинаю понимать, Мери. Все дело в том, что я ждал, что здесь все останется прежним. Минус Август, конечно. — Джек попытался улыбнуться, чтобы рассеять гнетущую атмосферу. — Я доверял Генри Шерлоку, я доверял Киппу и его матери. Я доверял Клуни и Клэнси, Максвеллам, Алоизиусу. Я верил, что они позаботятся о тебе и не дадут тебя в обиду. И… ты заслуживаешь того, чтобы я сейчас признался — я всегда следил за делами Колтрейн-Хауса издалека. Хочешь — верь, хочешь — нет.
— Правда? — Мери нервно сжимала и разжимала на коленях кулаки. — И как же?
Джек взял ее руки в свои и сжал ей пальцы. Сейчас он скажет ей не всю, но хотя бы часть правды.
— Ладно. Я не собирался тебе этого говорить, но мне хочется, чтобы я тебе снова понравился, ну хотя бы чуть-чуть. Ты ведь читала бухгалтерские книги, Мери. Мне Шерлок сказал. Ты помнишь фамилии Ньюбери и Голд?
Она кивнула, неожиданно заинтересовавшись.
— У них наши закладные. Ньюбери — торговец углем, а мистер Голд — ростовщик из Лондона. А что?
— Потому что Ньюбери — это я, Мери, а Уолтер — Голд. Я говорил тебе, что мы с Уолтером деловые партнеры. На самом деле он владеет половиной городского дома в Лондоне и небольшой частью Колтрейн-Хауса. Это джентльменское соглашение, Мери. Уолтер получает проценты со всего, что принадлежит мне, а я — проценты с того, что принадлежит ему.
— Я не понимаю. То есть я понимаю, что вы деловые партнеры, а остальное — нет. Как вы можете быть Ньюбери и Голдом?
Джек, улыбнулся, начиная понемногу расслабляться.
— На самом деле не мы Ньюбери и Голд, а два джентльмена с этими именами, но деньги, которые они так быстро смогли одолжить моему нуждающемуся в средствах отцу, принадлежали мне и Уолтеру. Благодаря Уолтеру, который получал деньги через Ньюбери и Голда, а также благодаря себе я получил возможность следить за всеми финансовыми операциями Колтрейн-Хауса уже спустя три месяца после моего знакомства с Уолтером. Неужели ты думала, что я позволю увести Колтрейн-Хаус у нас из-под носа? Что я лишу тебя твоего единственного дома?