— Кто-то здорово огрел тебя, янки. Или, может, ты напился вдрызг и полез купаться? А еще говорил, что сумеешь позаботиться о себе!
Теперь ей предстояло решить, как поступить дальше. Ключ от дома Латимера был потерян, у него в карманах ключа также не оказалось. В таком виде везти офицера-северянина по площади Джексона было опасно — ее с легкостью могли обвинить в нападении на него. Оставался всего один выход — отвезти его в дом Крэгхью. Обычно дядя задерживался на политических собраниях допоздна, а иной раз и до рассвета. Если так будет и на этот раз, она сумеет незаметно провести капитана в дом. Правда, утром разразится скандал, но тогда уж пусть Энгуса умасливает Роберта.
Элайна бросилась туда, где стояла Тар, и подвела лошадь поближе. Набросив на плечи Коулу свою куртку, она помогла ему подняться. Ей пришлось приложить немало усилий, прежде чем доктор оказался на спине Тар; потом, подхватив поводья, она подвела кобылу к лежавшему на берегу бревну и сама забралась на нее.
— Ну, янки, теперь держись!
Видимо, расслышав сквозь шум в ушах ее голос, Коул попытался выпрямиться, но едва Элайна устроилась в седле перед ним, он тяжело привалился к ее спине и обхватил ее за талию, а она как могла придерживала его, надеясь, что таким образом им все же удастся не свалиться на землю.
Переулками они добрались до дома Крэгхью. Окна особняка были темны, только в конюшне горел фонарь. Элайна решила, что Роберта, соскучившись в обществе слуг, уже легла спать. Заведя Тар в конюшню, она бесцеремонно сдернула капитана на землю. Он что-то забормотал, и девушка поспешно зажала ему рот рукой, а затем прислонила его к стене у двери.
— И надо же было так напиться! Да что там: янки — они и есть янки.
Она отвела Тар в денник и насыпала ей несколько пригоршней овса — в благодарность за службу. Коляска Энгуса по-прежнему отсутствовала, и это Элайну особенно обрадовало.
Вернувшись к двери, она обнаружила, что капитана нет на прежнем месте. Куда, черт побери, он мог подеваться? Стоя у наполненной водой канавы, Элайна тихо позвала его по имени и вдруг почувствовала толчок в спину. Они оба упали в канаву, и девушке едва удалось высвободиться, но прежде она как следует нахлебалась воды.
— Синебрюхий! — в ярости выпалила Элайна, давая волю своему гневу, и тут же погрузила голову капитана в канаву. — В следующий раз, когда захочешь искупать меня, янки, лучше сначала подумай хорошенько! И знай: я не утопила тебя только потому, что ты слишком пьян.
— Х-холодно! — Коул едва шевелил губами. Это признание немного смягчило Элайну, и она помогла капитану выбраться из канавы. То и дело она встревоженно поглядывала на окна Роберты, надеясь, что шум не разбудит кузину. Дульси скорее всего тоже спала.