— Это очень опасный человек. Он хитрее лисицы, великолепный лицедей… Ему нет равных в искусстве переодевания и изменения голоса. Без помощи магии Колокир способен перевоплотиться в женщину или старика, в животное или призрак. Несколько недель назад он отправился в свой путь на Русь — и скоро будет здесь, в наших краях…
Ссутулившись над столом, Данила горячей рукой отвел от лица русую прядь. А в пальцах мага вдруг блеснул лезвием тонкий кинжал. С размаху вонзив острие в отполированное локтями дерево столешницы, Скараш продавил в древесине короткую дугообразную линию.
— Колокир едет из Царьграда к тайному месту на берегу Глыбозера. В это время с другой стороны, из Престола к Глыбозеру спешит некий крещеный славянин, которому предстоит встретиться с греком и принять от него царские Стати…
По темному дереву пролегла еще одна узкая полоса, под углом и навстречу первой — не доведя совсем немного до пересечения линий, Скараш с кратким треском вырвал кинжальное острие из тесных древесных тканей.
— Если они встретятся, на наших надеждах можно поставить крест. Славяне получат древние Стати базилевсов Империи, и тогда… Тогда начнется новое время — эпоха святорусских богатырей… Эту эпоху нам едва ли дано пережить.
— Как мы можем помешать встрече? — Данила поднял внимательные глаза.
— Как я уже сказал, грека перехватить невозможно. Никто не знает, как на самом деле выглядит Колокир и какое обличье он решил принять на этот раз. Остается только один путь: искать славянина. — Подобрав подол плаща, Скараш присел на край стола, по-прежнему задумчиво вглядываясь в свежие шрамы на досках. — Как сообщает нам из Престола Окул-хан, один крещеный славянин недели две назад выехал в наши края… Очевидно, он уже находится в окрестностях Глыбозера в потайном месте, где назначена встреча — где-нибудь на незаметном лесистом острове или в глухой протоке. Найти его не составит труда: нам известно его имя и богатырская внешность. И даже то, что он приехал вместе с женой — что лишний раз подчеркивает славянскую тупость…
— Как его имя? — лениво спросил Данила, делая вид, что тоже разглядывает глубокие царапины на досках. Они почти встретились, эти две линии — похожие на дугообразные крылья нарисованной птицы.
— Его имя? Ха-ха! Забавное имя! — отозвался Скараш. — Этого богатыря зовут Михайло Потык. «Потык» — это прозвище. Кажется, оно означает — «птица».
Как и было их да три братца названых,
Да тут-то молодцы и поразъехались,
Добрынюшке-то путь держать за киян-море,
Там корить языкушки поганые,
Даниле Казарину-то во чисто поле,