От её хохота задрожали кофейные чашки.
* * *
Выйдя из джунглей (последние два дня были кромешным кошмаром) – он почувствовал себя слабым и разбитым. Всё, чего хотелось – лечь, как раненому зверю, где-нибудь в кустах и умереть.
Как добрался до побережья – память не сохранила. Просто как-то ночью обнаружил себя на дороге, прорубленной в мангровом лесу. Нужно было двигаться на север, туда, где порт. Его огни он видел с холма в коротких африканских сумерках. А может, это тоже был мираж.
Дорога была асфальтированной, но запущённой и в колдобинах, идти по ней в темноте было нелегко. Время от времени, сверкая фарами, проносилась машина или армейский джип, и он прятался в кустах или в кювете.
Он ориентировался по Полярной звезде и двигался так быстро, как мог. Но самому ему движение казалось нестерпимо медленным, как будто он продирался сквозь вату. Застывшая дорога и лунный свет – так иногда бывает во сне. Потом дорога перепрыгнула мелкую речушку, какие-то болота и он увидел отражение луны в покрытых разводами водах гавани.
Место казалось пустым и безжизненным. Под ноги ложились длинные тени пришвартованных кораблей. Потом на палубе над ним кто-то тихо запел. Скорее всего это был сигнал – из темноты возникли два чёрных амбала. В руке у одного блестнул нож, что в общем-то роли не играло – его пистолет уже смотрел на них.
– Валите, придурки, – местное наречие похоже удивило двоих больше, чем оружие.
Он двинулся навстречу огням города. Город Нджалы. Город располагался выше, чем порт, а на северной окраине вдобавок поднимался небольшим плато. Плато занимал президентский дворец, обдуваемый прохладным бризом. Когда-то тут находилась резиденция британского губернатора. После провозглашения независимости новый президент перестроил его в более роскошном стиле. Второй раз дворец перестроили при Нджале, в ходе короткого и кровавого переворота уничтожившем нового президента вместе с его семьёй, друзьями и сторонниками. Нджала превратил дворец в крепость, днём и ночью охраняемую отборными войсками.
Присутствие его было неотвратимым и вездесущим. Площадь Нджалы, плац Нджалы, улица Нджалы, статуи и портреты Нджалы на каждом шагу. Даже майки – и те с Нджалой.
И город Кироте. Бидонвиль на некотором расстоянии отсюда. Там жили политические ссыльные – из тех, кто не тянул на заключение или расстрел. Пока не становились достаточно известными для первого или второго.
Эбботт искал сестру Кироте. Работала она проституткой и обитала где-то на окраине бидонвиля.