– Теперь другие времена, Пол. Факт номер три: нам известно, кто убил Спейта.
Чарди уставился на Ланахана.
– Ни железный занавес, ни ближневосточный вопрос тут ни при чем. Это не имеет никакого отношения к Улу Бегу. Никакой связи. Это было чистой воды несчастливое, дурацкое, нелепое стечение обстоятельств.
– Кто?
– Бедняга Спейт угодил в бандитские разборки. Насколько мы поняли, они с Тревиттом интересовались конторами контрабандистов – они получили задание, одно-единственное задание, разузнать, кто переправил Улу Бега в нашу страну. Это, и только это. А они, должно быть, пошли дальше и угодили в большую войну мексиканской мафии. Там было что-то вроде бара под названием «Дворец» – «Эль паласьо» – по сути дела, бордель. Глупый Билл отправился прямиком туда. Стал задавать вопросы, как будто вообразил себя репортером криминальной хроники. Не знаю, что на него нашло. Это была чудовищная, глупейшая случайность.
– Я в это не верю, – отрезал Чарди.
– Вы не хотите в это верить. В любом случае, это не имеет значения. В это верит Йост.
– Кстати, где он шляется?
– Он дома.
Чарди снял трубку телефона.
– Давай номер.
– Нет, Пол. В этом нет никакого смысла. У него была трудная ночь, как и у нас всех…
– Давай сюда номер!
– Вы не в том состоянии, чтобы разговаривать по телефону. С кем бы то ни было.
– Тогда дай мне номер Мелмена. Черт побери, Майлз…
Он сделал движение в сторону Ланахана и понял, что опасно близок к потере самообладания.
Но юнец твердо стоял на своем.
– Не горячитесь. Успокойтесь. Господи, вам, старым ковбоям, лишь бы только устроить бучу.
– У него не хватило пороху встретиться со мной лично, да, Майлз? У Йоста?
Он редко вспоминал об этом человеке и даже не смог вызвать в памяти его лицо. Он помнил очки, аккуратность, спокойствие, костюм – и все.
– Так что он спихнул всю грязную работенку тебе. И ты ее делаешь. И даже вроде как с удовольствием.
– Пол…
– А мы теперь лижем зад мексиканцам. Мексиканцам! Господи, каким-то паршивым мексиканцам!
– Советую вам привыкать к реальному миру, Пол. К восьмидесятым. Это вам не Вьетнам, не Курдистан, не чья-нибудь грязная маленькая секретная война. Это Америка. Здесь принято вести себя определенным образом. Ясно?
Чарди взирал на юнца с беспредельной грустью. Мир, если верить Ланахану, превратился черт знает во что. В былые времена отдел спецопераций всегда вытаскивал своих людей или хотя бы возвращал их обратно, и если оставалось лишь вывезти тела, то они заботились о том, чтобы той стороне тоже нашлось кого хоронить.
Но Майлза это не интересовало.