Обед задержался на полчаса. Мы всласть наелись фазанами и вальдшнепами, запив их хорошим пивом, после чего нас потянуло на сон, и мы перешли в холл попить кофе и посмотреть по телевизору новости. В девять тридцать я попросил разрешения у хозяев позвонить по телефону. Я не связывался с Дианой с тех пор, как уехал из Лондона.
Телефон работал превосходно: слышимость была такая, будто Диана находилась в миле отсюда. Я выложил ей все новости, рассказал о находке рукописей лорда Гленни, но, к сожалению, там ничего любопытного пока не нашлось. Я спросил, есть ли у нее для меня новости.
– Немного. Пришло письмо от девушки, которая предлагает тебе жить с ней на Майами. И еще тебе пишет один мужчина, который просит тебя написатькнигу против компьютеров. И еще есть записка от человека по имени Кернер, который хочет с тобой увидеться, когда ты приедешь в следующий раз в Лондон.
– Как, ты говоришь, его фамилия?
– К-Е-Р-Н-Е-Р.
Я вскричал:
– А как его зовут?
– Я не помню. Мне нужно посмотреть…
– Да, пожалуйста.
Через несколько минут она вернулась и прочла мне записку. Она была от Отто Кернера, человека, который был, по мнению четы Дункельман, депортирован из Англии. Он спокойно проживал в Уэст-Хэмпстеде. Он писал, что прочел мое письмо в «Таймс литерари сапплимент», и ему надо поговорить со мной об Эсмонде Донелли. Он оставил свой телефон.
Когда она повесила трубку, я поспешил в гостиную, ликуя и размахивая листком с адресом и телефоном Кернера. Я чувствовал, что это большая победа – не такая уж значимая в том отношении, что я надеюсь получить от него какую-то важную информацию о Донелли, но этот успех свидетельствует о том, что боги на нашей стороне! Миллер искренне разделил нашу радость, он начал входить во вкус наших поисков материалов, связанных с Эсмондом Донелли. Он предложил мне: «А почему бы вам не позвонить ему прямо сейчас?» Мне не нужно было особой спешки, но все же я воспользовался его предложением, и пять минут спустя голос с ярко выраженным немецким акцентом сердечно говорил со мной по телефону:
– Я рад приветствовать вас, мистер Сорм. Мне о многом нужно поговорить с вами.
Я заметил:
– Я виделся с Дункельманами в Лондоне два дня назад. Они мне сообщили, что вы вернулись в Германию.
– Что?! Они говорят заведомую ложь! Вы не должны доверять им… Он – негодяй!
Минут десять он распространялся о Дункельманах, часто переходя на немецкий язык. Он закончил тем, что посоветовал мне никогда не встречаться с ними. На это я мягко возразил, что мне показалось, будто они очень порядочные люди. Он закричал: