– Ну, и дальше че? – выпятив губу, уточнил Леха.
– Звук отражается от всего. Почти как свет от зеркала. Только звук отражается и от земли, и от камней, и от пустот. Там, где пустоты – может быть нефть. Компьютерная система управляет генератором. Тот посылает звук. Затем специальная программа следит, как быстро и с какого направления пришел ответ-отражение. Фиксирует. Создает базу данных. Где пустота – одна скорость. Где камень – другая. Так и находят полости в земле.
– О! – поднял вверх палец Лишнев. – Охренеть! Так они чего, сверлить дырки не будут? Так поймут, где качать надо?
– Данный метод не дает точного ответа. Требуется много исследований для формирования полной картины…
– О чем разговор, господа хорошие? – рабочие не заметили, как возле них «нарисовались» Прохоров и Салидзе.
– Анекдоты травим, начальник! – быстро ответил Леха-Гестапо, не позволяя никому раскрыть рта. – Покудова команды не было, что делать, анекдоты травим.
– А что, начальник, – вдруг спросил Косой. – Когда бурить начнем?
Прохоров неприязненно посмотрел на рабочего.
– Когда надо будет – все скажу! – помедлив, взвешивая каждое слово, ответил он. – Ваша задача – не вопросы задавать. А делать то, что скажут.
– Геннадий Андреевич, биохимию сразу подключать будем или как? – раздалось от установки.
Прохоров мгновенно повернулся к инженеру.
– Модуль подключай! – крикнул он. – Анализ начнем сразу после того, как первичную трехмерную картину построим.
«Выходит, они планируют не только сейсморазведку делать…», – понял Клоков.
Тогда, пару лет назад, он чуть было не провалился со своим дурацким рефератом. Дима, не мудрствуя лукаво, просто зашел в Интернет, скачал пару файлов. Которые, как он предполагал, давали полную картину существующих на тот момент методов разведки нефти и газа. И лишь во время доклада, когда он прочел свой наскоро сляпанный трактат, выяснилось, что в мире существуют и более передовые способы исследования недр. В частности, метод биохимического анализа почвенных газов, который позволяет с семидесятипроцентной точностью определить наличие нефтяных и газовых месторождений. Другое дело, что после биохимии требуется доразведка более традиционными способами. С тем, чтоб повысить качество первичного прогноза. И вот тут можно применять бурение или сейсморазведку, электрические или ядерные исследования.
Пока Дима готовился к защите реферата, он даже не подозревал, что в то же самое время данный способ почвенного анализа начал успешно применяться и в России: к примеру, с помощью биохимического метода вели разведку на Таймыре. Об этом с восторгом «звонили» все новостные каналы. В итоге пришлось краснеть во время доклада… За реферат Клоков «отлично» не получил, хотя зачет автоматом ему все-таки поставили. Ну и, конечно, та история осела в памяти весьма прочно. Поэтому, даже спустя два года, Дима помнил не только суть своего доклада, но и те подробности, которые в текст не вошли. Дополнения преподавателя.