Книга 2 (Высоцкий) - страница 207

После ужина подьехал к веранде автобус, груженный стереоколонками, микрофонами, какими-то ящиками, коробками, проводами, выпрыгнули из него четыре девушки в ситцевых платьях (ансамбль оказался женским), а через полчаса все это, приведенное в систему, заиграло, запело, затрещало. Начали с «Олимпийских талисманов», а там пошли в ход первые любви, и ее многочисленные встречи, и звенящее соловьями утро, и желтоглавая ночь. Слушали добродушно, аплодировали, прощая исполнителям и явную недостаточность голосов, и некоторые нелады с настройкой инструментов.

Все разладилось из-за записки, посланной кем-то прочитанной с веранды художественным руководителем ансамбля — дамой средних лет, обьявлявшей номера в накинутой на плечи красной кофте.

«Недавно умер Владимир Высоцкий, — было сказано записке, — в память о нем просим исполнить что-нибудь из его песен».

— Во-первых, — слегка повысив голос, ответила на записку дама, — здесь дети. И потом, — она повела глазами в сторону ансамбля, песни Высоцкого в нашу программу… не входят…

Зрители, рассевшиеся кто на скамейках, кто на принесенных стульях, кто на ограде клумб, а больше просто стоявшие, молчали.

И в наступившей паузе нет-нет уже готов был загреметь очередной пассаж «Ионоки», как стоявший неподалеку от меня высокий парень сказал: «Ну что ж… Не хотите, мы сами споем.» И негромко, будто про себя начал:

Если вдруг оказался друг
И не друг, и не враг, а так…

И сразу же песню подхватило несколько голосов. Ансамбль пока молчал, руководительница всматривалась в сумерки, не зная, пытаться ли остановить неожиданных конкурентов… А собравшийся вокруг парня кружок из рук в руки в руки плыла над головами гитара, и зазвенели под чьими-то пальцами струны, и разрослась, набрала силу песня…

Парня в горы тяни, рискни,
Не бросай одного его,
Пусть он в связке с тобой одной,
Там поймешь, кто такой…

Теперь уже пели, кажется все — дети и взрослые, собравшиеся здесь из разных городов страны. Пели, обнявшись, бородатые ребята в штормовках, пели, не вытирая блестевших на глазах слез, девушки в зеленых стройотрядовских куртках, пел ансамбль…

Если шел он с тобой, как в бой
На вершине стоял, хмельной,
Значит, как на себя самого,
Положись на него…

Песня все росла, наполняя собой этот удивительный вечер, поднималась все выше — к вершине обступивших лагерь осин, небосклону, откуда скатилась недавно яркая звезда…

Французкий журнал «Нувель Обсерватор»

август 1980 г

«Об этом будут говорить завтра».

«Прощай, Владимир Высоцкий».

Ни одна газета, ни радио, ни телевидение Москвы не нашло нужным сообщить о его смерти (ред. — Это не верно. Сообщения были в «Вечерней Москве» и «Советской культуре»).