Дэниель был недоволен, что приходится откладывать венчание до утра, но священник был непреклонен.
– Я приду за вами сразу же, как рассветет, ваше преподобие, – предупредил Дэниель.
Его преподобие одобрительно улыбнулся.
– Я буду ждать, шериф.
От досады Дэниелю хотелось сорвать с головы шляпу, бросить ее на землю и топтать ногами, однако он быстро зашагал к выходу. Он почти не замечал того, что ночь была звездной и прекрасной, что ярко светила луна, освещая вывески на лавках и магазинчиках, выстроившихся в ряд вдоль улицы. В тени оставались переулки, разбегавшиеся в разные стороны от центральной улицы. Он все размышлял о том, как сделать, чтобы Дженни до утра не передумала выходить за него замуж.
Как раз из одного такого темного переулка за шерифом внимательно наблюдал Айк. Лишь час тому назад, или чуть больше, он так же наблюдал со своего «наблюдательного пункта», устроенного на крыше конюшни, как уставшие добровольцы возвращались в город. Он ухмыльнулся, подумав, как искусно удалось ему перехитрить шерифа. Он и Джеба Уэллза тоже перехитрит. Провалиться ему на этом месте, если это будет не так.
Но сначала ему необходимо избавиться от шерифа Гастингса. Если у кого-то и есть шанс пристрелить его прежде, чем он доберется до Уэллза, так это у шерифа. И Айку вовсе не хотелось, чтобы так и произошло.
Он готов был сразу же последовать за шерифом, но что-то заставило его обернуться! Проклятье! Священник все еще стоял в дверях, глядя вслед шерифу, и держал фонарь перед собой, как сигнальный огонь. Айк с досадой подумал, не стареет ли он. Давненько он не допускал таких оплошностей. Он терпеливо дождался, пока священник войдет в дом, и дверь за ним закроется. Именно предосторожность всегда спасала его прежде.
И только тогда, когда Айк убедился, что ничто не мешает ему пойти за шерифом, он осторожно, украдкой последовал за ним, огибая выступы зданий, прислоняясь к темным верандам.
Когда шериф был уже на другом конце города, только тогда Айк почувствовал себя более уверенно и зашагал за ним по улице, вытаскивая револьвер из кобуры.
Дженни устала ходить взад и вперед по комнате и решила выйти на веранду. Ее первая брачная ночь. Она все еще не могла в это поверить. Неужели действительно Дэниель сделал ей предложение? Неужели она на самом деле сказала «да»? Взволнованное биение ее сердца подсказывало ответ на оба вопроса.
Минуты ожидания тянулись долго. И Дженни за это время успела подумать о многом. Она перебрала разные причины, по которым ей не следовало выходить за него замуж, и один за другим отбрасывала эти доводы прочь.