Катя вовсе не была уверена, что чересчур уравновешенный Валентин сможет поговорить с сыном подобающим для данных обстоятельств образом, но других аргументов у нее не имелось.
– Ты промолчишь о семи тысячах, – неожиданно сказал Андрей и посмотрел на мать, как ей показалось, цинично и нагло.
– То есть как? – захлебнулась возмущением Катя. – Денег же нет! Отец потребует объяснений.
– А ты скажи, что сама потратила или… в долг кому-нибудь дала. Например, тете Вере…
– Тете Вере своих хватает…
– Ну… могут же ей вдруг приглянуться в ювелирном салоне какие-нибудь серьги или браслетик, а денег в кошельке маловато, а у тебя как раз с собой…
Катя завороженно смотрела на сына и жалко поводила шеей. И это говорит ей Андрей? Ее сыночек? Что же с ним случилось? Неужели и впрямь наркотики? Это они превращают нормальных людей в…
Катя не стала додумывать эту мысль до конца и спросила:
– Зачем? Почему я должна брать твою вину на себя?
– Потому что у тебя, милая мамочка, тоже… рыльце в пушку, – бросил ей Андрей и опять посмотрел на нее цинично и нагло.
– То есть… – Катя уже начала понимать, к чему он клонит, но все же хотела удостовериться, что он знает об этом наверняка. – То есть ты хочешь сказать…
– Я хочу сказать, – безжалостно перебил ее сын, – что если ты расскажешь отцу про пропажу денег, я выдам ему… твою страшную тайну!
– Какую… – прошептала Катя.
– Такую! Преотвратную! Похуже потраченных денег! Я скажу ему, что у тебя есть любовник! Ты же не станешь утверждать, что его у тебя нет! Я ведь могу назвать даже имя! Представляешь, как отец удивится?!
– Но… откуда ты… – Катя была близка к обмороку. Только не это! Как об этом узнал сын? Пусть бы кто угодно, хоть Валентин… Почему сын?
– Оттуда? Представь, что я, наивный дурачок, никогда не придавал значения тому, что ты куда-то пропадаешь именно с четверга на пятницу, как раз тогда, когда отец ездит в филиал фирмы в Луге. Верил в твои бассейны, фитнесы и ночевки у тети Веры. Мне даже в голову не могло прийти, что ты, моя правильная непогрешимая мамочка… наставляешь отцу рога… – говоря это, Андрей задыхался на нервной почве так, будто только что поднялся к ним на десятый этаж без лифта. Он перевел дух и продолжил: – Словом, я несколько раз вас видел. Сначала случайно, потом уже специально! Он козел, мать! Он… он не стоит… мизинца отца… А ты… – Он безнадежно махнул рукой и скрылся у себя в комнате, откуда Катя услышала сдавленное «Э-э-э-эххх…».
Все время до прихода Валентина она совершенно бездумно простояла, прислонившись к стене коридора. Муж был отвратительно пунктуален. Впрочем, как всегда. Катя невольно посмотрела на часы. С момента ее звонка мужу прошел ровно час.